Искусство под градусом. Полный анализ роли алкоголя в искусстве

Про Есенина в этой книге нельзя не вспомнить. «Хулиган» стал заложником собственного образа и быстро превратился из рязанского простачка в известного дебошира и черного пьяницу. Чем больше славы было у поэта, чем лучше становились его стихи, тем сильнее он пил.

Тот трюм был —Русским кабаком.И я склонился над стаканом,Чтоб не страдая ни о ком,Себя сгубить,В угаре пьяном.

Однажды, напившись в кафе «Домино», он послал собравшихся чекистов ко всем чертям. Однажды, тоже не на трезвую голову, вместе с Мариенгофом и Шершеневичем расписал своими стихами стены Спасского монастыря. Как-то ответил Троцкому на фразу «Жалкий вы человек, националист» – «А вы такой же». Смелый был Сергей Есенин, даже отчаянный.

Путешествуя по Америке, где был объявлен сухой закон, напивался суррогатом до припадков. В Берлине держал под кроватью ведро пива.

До сих пор спорят, покончил ли Есенин жизнь самоубийством или его убили, но я уверен, что он все сделал сам. Трагично, но логично, что этим закончились многолетний запой и вызванная алкоголем депрессия.

Да и попыток самоубийства в последний год было несколько. Да и чем бесконечное пьянство не попытка самоубийства.

Анна Ахматова, которая Серебряный век пережила, великая Анна Ахматова любила выпить, особенно водки.

«Я все же с некоторой опаской – женщина немолодая, может быть, сердечница – спрашиваю ее: а не отметить ли нам некоторым образом ее награждение? «Ну конечно же, конечно!» – обрадовалась она. «Тогда, может быть, я закажу по этому поводу бутылку какого-нибудь итальянского?» И вдруг слышу от нее: «Ах, Александр Трифонович, а может быть, водочки?» (Из книги А.И. Кондратовича «Твардовский и Ахматова»).

Иосиф Бродский вспоминал, как проводил зиму в Комарове и почти каждый вечер ходил за водкой для Ахматовой. За вечер она выпивала граммов двести.

Ну раз уж заговорили о поэтессах, то грех не вспомнить Беллу Ахмадулину. Она тоже предпочитала водку и однажды, обсуждая с друзьями какого-то запойного писателя, заметила: «Фи, запои, нужно пить каждый день».

«Помню, мы вместе ездили выступать, ехали в машине, она напилась, конечно. Юра вел машину, а Белла выбивала ногами стекла, просила остановить. Когда мы притормозили у киоска, где выпивали мужики, она пошла и купила «мерзавчик», нас это не удивило…» – вспоминает Алла Нагибина.

А Иосиф Бродский? Ленинград он называл «городом цвета окаменелой водки». Сам мог спокойно выпить граммов 300, особенно не опьянев. Сухие вина ненавидел, у него от них была изжога. «Благословил меня коньяк на ложь признаний», «Коньяк в графине цвета янтаря», но алкоголизмом Бродский не страдал и даже никогда не испытывал похмелья наутро.

А вот один из любимых поэтов Иосифа Александровича Уистен Оден выпивал 200 граммов виски с утра, 300 – в обед, а в шесть часов вечера начиналась настоящая пьянка.

Но хватит уже очернять поэтов. Все-таки они пьют не больше других, а все остальное – это всего лишь штампы, выдумки и мистификации. Вот так мы пробежали по верхам, только самое очевидное обговорили, а кто там знает, что в недрах и пучинах спрятано. Это надо отдельную книгу писать, а то и две.

Потом, поэты это же поэты, кто их поймет, кто их простит. «Поэзия должна быть глуповата», – написал Пушкин Вяземскому. А кроме этого, поэзия не должна ничего, я так считаю.

Буковски

Конечно, писать про алкоголь и литературу и не упомянуть Чарльза Буковски – святотатство. Это все равно что пройти мимо волшебного цветка, драгоценного ларца, живого источника.