В этой связи интересно то, что в «Атаке титанов», во‐первых, в аниме превращения персонажей в форму титанов происходят с помощью удара молнии, бьющей откуда-то с небес в носителя силы. Кстати, в манге подобные электрические разряды изображаются только во время использования Эреном силы координаты. А во‐вторых, после того как шифтер скидывает свою титаническую оболочку и возвращает себе человеческий вид, она тотчас начинает тлеть и вскоре обращается в пепел. Мог ли Исаяма при продумывании образа титанов обращаться к орфической мифологии? Полагаю, что вполне мог, ведь их мифы и философия достаточно интересные, но не так часто используются в художественных произведениях, как, например, классические древнегреческие сюжеты.
Кстати, об античности и греческой мифологии! Знали ли вы, что раздавленный краснокнижный махаон (а именно Papilio machaon) в опенинге My war к четвертому сезону может быть отсылкой к Грише Йегеру. Как? Дело в том, что бабочка была названа в честь персонажа древнегреческих мифов. Так вот тот самый Махаон был знаменитым хирургом и сыном самого Асклепия, бога медицины, а кроме того, старшим братом Подалирия, в честь которого назвали еще одну краснокнижную на данный момент бабочку. Но, кроме того, Махаон (как, впрочем, и его брат) считается не только первым задокументированным хирургом, но и доблестным воином, проявившим себя на полях сражений Троянской войны, и был убит лишь на десятом году этого конфликта Еврипилом (сыном Телефа). Согласно мифам в изложении древнеримского писателя Гигина, Махаон был одним из храбрецов, сидевших внутри знаменитого Троянского коня [Гигин, 134]. Закладывали ли создатели аниме в эту деталь подобный двойной смысл? Ведь на поверхности совершенно другая аллегория: прекрасная бабочка втоптана в грязь сапогом солдата. Казалось бы, перед нами очевидная метафора беспощадности войны как таковой к этому миру. Недаром бабочка изображена не просто красивая, но еще и редкая, безо всякой войны вымирающая. И все же, видя глубину проработанности других образов в произведении, осмелюсь предположить, что у этой детали есть и второе дно: намек на хирурга Йегера, поневоле вынужденного стать воином. И точно так же, как храбрый Махаон, спрятавшийся в Троянском коне, Гриша Йегер проникает на территорию врага под прикрытием, чтобы продолжать бороться за свои идеалы. Однако даже его перемалывают жернова войны, вынуждая передать свою силу.
Напоследок предлагаю разобрать еще пару интересных мелочей! Например, название Колоссального титана ясно намекает нам на Колосса Родосского – статую, входящую в число восьми античных чудес света. И, казалось бы, какая ерунда! Слово «колоссальный», конечно, происходит от слова колосс, но уж теперь-то точно обозначает всего лишь огромный размер объекта, а в размерах Колоссальному титану уж явно не откажешь!
Но нет, все не так-то просто, иначе я бы не стал и вовсе упоминать этот момент. Дело в том, что знаменитый Колосс, воздвигнутый в городе Родосе, был статуей греческого бога Солнца Гелиоса! А с Гелиосом у первого появившегося в произведении носителя этого титана Бертольда есть определенное количество сходных черт.