Истории и мифы мира титанов. Всё, что нужно знать об Атаке титанов

Франсиско Гойя изобразил Сатурна и Колосса как некую неумолимую сверхбожественную силу рока и неминуемой гибели, но в «Атаке титанов» образ этих гигантских чудовищ в своей сути несколько видоизменен: неуязвимы и всесильны они лишь на первый взгляд. Немногие могут презреть ужас, сковывающий тело при виде этих существ, но те, кто способен справиться со страхом, могут найти в себе силы не только дать титанам отпор, но и объявить им войну. Тема войны с титанами поднималась во многих мифологиях индоевропейских народов, в частности в греческой – Титаномахия, индийской – война дэвов и асуров и скандинавской – противостояние асов и великанов-йотунов. Исследователь Галина Гумерова сравнивает с ними также и китайскую войну Хуан-ди и великана Чию, в армии которого были «великаны с медными головами, имевшими звериное тело». Автор исследования описывает их войну как противостояние нового, цивилизованного мира и хтоноса прошлого, победа над которым давалась нелегко и часто носила характер катастрофы [Гумерова, 3–6].

Слева сверху: «Колосс», Франсиско Гойя, 1812. Слева снизу: глава 33. Справа: «Сатурн, пожирающий своего сына», Питер Пауль Рубенс, 1638

Однако не только этот аспект содержит в себе противостояние старых и новых божеств. Многие исследователи отмечают параллельные сюжеты мифологий индоевропейских народов, в которых боги-воины приходят подчинить себе богов-земледельцев. В частности, об этом подробно пишет Джеймс Патрик Мэллори в своем исследовании «В поисках индоевропейцев»: «В основном параллели касаются присутствия представителей первой (магико-юридической) и второй (воинской) функций на стороне победителя в войне, которая в конечном итоге подчиняет и включает в себя персонажей третьей функции, например, сабинянок или скандинавских ванов. […] Таким образом, конечная структура мифа заключается в том, что три сословия протоиндоевропейского общества объединились только после войны между первыми двумя и третьим. Исходя из этой мифологической модели, было высказано предположение, что возможной исторической реальностью, лежащей в основе мифа, может быть завоевание оседлых земледельцев неоседлым сообществом» [Mallory, 139].

Также автор говорит о том, что некоторые исследователи склонны экстраполировать мифические события на историческую реальность, трактуя их как отражение древней войны, во время которой класс земледельцев был подчинен классами воинов и жрецов. Однако в качестве опровержения Мэллори приводит миф о Скифе, сыне Геракла, сумевшем натянуть тетиву на лук отца и надеть его пояс. Братья же Скифа, Агафирс и Гелон, этого сделать не сумели, а потому были изгнаны из земель матери Ехидны. Агафирс двинулся на северо-запад, где стал прародителем народа агафирсов. Эти люди, по словам древнегреческого историка Геродота, вели распущенную, некультурную жизнь, отличавшуюся роскошью. Гелон же двинулся на северо-восток, где его люди – племена гелонов – основали город Гелон и начали оседлое земледельческое общество. Язык этого народа был наполовину скифским, наполовину греческим.

Джеймс Патрик Мэллори показывает, как миф может объяснять реальное положение вещей (доминацию скифского народа над соседними племенами) и оправдывать их право на власть при помощи мифического сюжета о луке Геракла. Из этого он делает вывод, что миф о войне богов не был основан на исторической реальности, а, вполне возможно, лишь отражал власть воинов и жрецов над земледельцами [Mallory, 139].