История Библии. Где и как появились библейские тексты, зачем они были написаны и какую сыграли роль в мировой истории и культуре

О них пророчествовал и Енох, седьмой от Адама, говоря: «се, идет Господь со тьмами святых Ангелов Своих[46] — сотворить суд над всеми и обличить всех между ними нечестивых во всех делах, которые произвело их нечестие, и во всех жестоких словах, которые произносили на Него нечестивые грешники».

Иуд 14–15^{221}

То же Послание Иуды ссылается на «Вознесение Моисея» — анонимное иудейское произведение, написанное в I веке нашей эры и никогда и никем не причисляемое к канону^{222}. Апостол Павел, как можно увидеть, осведомлен о трудах, выходящих даже за рамки второканонических книг — хотя по большей части он не приводит из них прямых цитат. И это подводит нас к мысли о том, что Ветхий Завет ранних христиан был «широкой религиозной литературой без четко определенных границ»^{223} — как сказал об этом Альберт Карл Сундберг-младший, один из самых влиятельных писателей, посвятивших свои труды исследованию раннего канона.

С другой стороны, и второканонические книги, и те, что и близко не подходят к канону, в творениях христианских писателей цитируются далеко не столь часто, как книги, вошедшие в иудейский канон. Единственное исключение — Книга Премудрости Соломона, но даже к ней обращаются намного реже, нежели к Книге Бытия, Книге пророка Исаии и к Псалтири. Франц Штульхофер провел статистический анализ того, как обращались к Библии с эпохи Иисуса до времен Евсевия, и ясно показал, что в соразмерности с их длиной второканонические книги играют не столь уж и значительную роль в большей части раннехристианских писаний^{224}. Интуитивно это может подтвердить каждый знаток Ветхого Завета и апокрифов, решивший прочесть Новый Завет и христианские произведения первых веков: книги иудейского Священного Писания цитируются заметно чаще других. Это не позволяет нам сказать, что упомянутые другие книги непременно оказывались «неканоническими», но в то же время мы видим: они просто были не так важны, как те, что присутствуют ныне в Еврейской Библии, и не играли столь значимой роли. Если взглянуть на Новый Завет, мы убедимся, что обращения к второканоническим книгам никогда не предваряются формулировкой, принятой для цитат, в отличие от ссылок на книги Еврейской Библии.

В иудейских текстах тоже крайне редко обращаются к второканоническим книгам. Иосиф Флавий многое берет из Маккавейских Книг, рассказывая историю иудеев, но неясно, какой авторитет он приписывал этим произведениям: возможно, он просто видел в них полезные источники, и их сложно внести в перечень из двадцати двух книг, приведенный им в книге «Против Апиона». Но другие второканонические книги Иосиф Флавий почти не использует. Так же поступает и Филон, иудейский философ I века и автор комментариев к Торе.

И тем не менее, это несомненно иудейские книги. В прежние времена библеисты полагали, что более пространная Греческая Библия представляла собой канон александрийских иудеев, а Еврейская Библия — канон иудеев палестинских, но эта теория уже широко отвергнута. И дело не в том, будто в Александрии не знали иврита, а в Палестине — греческого; более того, столь точное разделение не отразит того, сколь разнообразным был иудаизм во всем Средиземноморье и в Месопотамии в последние столетия до нашей эры и в I веке эры нашей. А еще ничего не свидетельствует о том, что иудейская община в Египте обращалась к второканоническим книгам в большей мере, нежели их современники в Палестине. Нам нужно объяснение получше.