При таких условиях Тутмос I задумал усмирить непрерывные восстания в Сирии и так же окончательно подчинить ее себе, как Нубию. Ни один из его отчетов о походе не сохранился, но оба Яхмоса из Эль-Каба все еще служили в экспедиционной армии и в своих биографиях кратко говорят об этой войне. Кадеш был, по-видимому, усмирен на время Аменхотепом I, ибо, поскольку мы знаем, он не оказал Тутмосу никакого сопротивления, которое казалось бы обоим Яхмосам достойным упоминания. После того фараон достиг Нахарины, или Страны Рек, простиравшейся от Оронта до Евфрата и далее вглубь Малой Азии. Здесь восстание, естественно, было наиболее серьезным, вследствие отдаленности его района от Египта. Битва свелась к большому избиению азиатов и захвату массы пленных. «В то время, – говорит Яхмос, сын Эбаны, – я стоял во главе наших войск и его величество видел мою храбрость. Я привел колесницу с лошадьми и с бывшим на ней, взяв его живым, и я доставил их его величеству. Они (фараон) пожаловали мне золота в двойном количестве». Его тезка из Эль-Каба, более молодой и более отважный, действовал еще успешнее: он добыл не менее 21 руки, отрезанной у убитых, не считая лошади и колесницы. Оба эти человека являются типичными сподвижниками фараона той эпохи. И ясно, что царь умел ставить их благополучие в зависимость от успехов своего оружия. К несчастью для нашего знакомства с дальнейшей историей походов Тутмоса I, если таковые были, первая из этих биографий, а следовательно, также и военная карьера, о которой она повествует, заканчивается этой кампанией, что же касается младшего Яхмоса, то он сопровождал в походах Тутмоса II и жил, окруженный милостями и богатством, вплоть до царствования Тутмоса III.
Два фараона видели теперь Евфрат, сирийские царьки находились всецело под впечатлением могущества Египта, и их дань вместе с той, которую платили бедуины и другие жители Палестины, стала регулярно притекать в египетскую сокровищницу. Вследствие этого Тутмос I мог начать восстановление храмов, находившихся в пренебрежении со времен гиксосов. Скромный древний храм монархов Среднего царства в Фивах не соответствовал больше возраставшему богатству и достоинству фараона. Его главному архитектору Инени было поэтому поручено воздвигнуть против древнего храма Амона два массивных пилона, или двое ворот с башнями, и между ними крытый зал, потолок которого поддерживался массивными кедровыми колоннами, доставленными, разумеется, как и роскошные, окованные сплавом золота и серебра кедровые мачты для флагов у храмовых врат, из новых владений в Ливане. Огромная дверь с изображением бога была из бронзы, также азиатской, выложенной золотом. Равным образом он восстановил почитаемый храм Осириса в Абидосе и пожертвовал в него богатые принадлежности и обстановку для культа из золота и серебра и великолепные изображения богов, без сомнения, такие же, как те, которые храм потерял в дни гиксосов. Ввиду своего преклонного возраста он также обеспечил вкладом в тот же храм заупокойные приношения себе и дал жрецам наставления относительно сохранения своего имени и памяти.
Глава 15
Междоусобия Тутмосидов и правление царицы Хатшепсут