История петербургских особняков. Дома и люди

Отдельно следует отметить печатное детище О. П. Козодавлева – издаваемую при министерстве газету «Северная почта», умершую, можно сказать, вместе со своим создателем. Она отражала его неустанные заботы о развитии отечественной промышленности и торговли, чем вызывала насмешки тогдашних острословов вроде князя П. А. Вяземского, ехидно вопрошавшего в письме к приятелю, правда ли, что покойного министра соборовали кунжутным маслом? (Пропаганде этого продукта газета уделяла особенно много места.)

Труды и заботы Осипа Петровича разделяла его верная спутница жизни, умершая почти одновременно с мужем. Об их взаимной привязанности не без иронии пишет желчный Ф. Ф. Вигель: «Столь согласных и нежных супругов встретить можно было не часто; учению апостола касательно браков «да будут две плоти во едино» следовали они с точностью. Действительно они были как бы одно тело, из коего на долю одному достались кожа да кости, а другой – мясо и жир… Только в приложении друг к другу составляли они целое. Оттого во всю жизнь ни на одни сутки они не разлучались; к счастью, Осип Петрович не был воин, не то Анна Петровна сражалась бы рядом с ним».

Худоба Козодавлева, над которой подсмеивается мемуарист, была следствием тяжелой болезни, что свела его в могилу. В качестве эпитафии на надгробии можно было бы высечь: «Он желал людям добра и, когда мог, делал его». А это, согласитесь, не так уж мало.

После смерти бездетных супругов (А. П. Козодавлева умерла в 1820-м) дом на Литейной перешел к любимой племяннице Анны Петровны – княгине А. М. Щербатовой, заменившей ей дочь. Вторично овдовев, княгиня уже в пожилом возрасте вышла замуж за бывшего бравого кавалергарда графа А. Н. Толстого. Она поселилась в его особняке на Сергиевской, а свой собственный дом в начале 1860-х годов продала чиновнику Министерства иностранных дел П. К. Ржевскому. Спустя несколько лет тот продал его присяжному поверенному, брату известного писателя и драматурга, П. А. Потехину, умершему незадолго до революции.

Павел Антипович, гласный городской думы, активно благотворительствовал на ниве народного просвещения, и его имя было присвоено училищу на Мытнинской улице, 5, которое он заботливо опекал. После кончины П. А. Потехина домом недолгое время владели его наследники, а затем он разделил судьбу прочих особняков, сделавшись «народным достоянием»…

Обер-прокурорские чертоги(Дом № 62 по Литейному проспекту)

Дом, известный как «обер-прокурорский», немолод: ему перевалило за двести. Свой архитектурный облик он сохраняет уже полтораста лет почти без изменений, если не считать надстроенного в послевоенные годы этажа. Это ветеран Литейного проспекта, одно из первых здесь больших каменных зданий, появившихся в то далекое время, когда вокруг стояли по большей части невзрачные деревянные домики. Построил его около 1784 года богатый откупщик Иван Логинов. История этого «самородка», стремительно возвысившегося и столь же стремительно павшего, интересна и характерна для XVIII века.

Дом № 62 по Литейному проспекту. Современное фото

Некогда он имел счастье быть участником кутежей графа Г. А. Потемкина, во времена его юности, еще до поступления на службу. И вот, войдя в силу, капризный баловень судьбы как-то в веселую минуту вспомнил о своем прежнем собутыльнике и послал за ним в Москву. Логинова отыскали в одном из кабаков, пьяного и оборванного, привезли в Петербург, но не стали в таком непристойном виде показывать графу, а вначале свели в баню и прилично одели. Потемкин принял его милостиво и посоветовал заняться винными откупами, обеспечив нужными залогами.

С тех пор бывший бедолага, ранее знакомый с винными откупами преимущественно по их конечному продукту, круто пошел в гору и уже через четыре года превратился в «именитого гражданина» Ивана Власовича Логинова, владельца нескольких домов и одного из богатейших столичных купцов. Преисполненный благодарности к великодушной монархине, покровительствовавшей ему в угоду Потемкину, и к народу – непосредственному источнику его обогащения, расщедрившийся откупщик однажды решил устроить веселое гулянье и потешить за свой счет люд честной.