История против язычников

24. Цинна восполнил убийства добрых граждан кровью нечестивых. Ибо поскольку приведенный Марием отряд беглых рабов был не в состоянии насытиться грабежом и ничего из захваченного не отдал консулам, допустившим грабеж, привлеченный якобы для выплаты жалования на форум и безоружный, он был перебит окружившими его солдатами. В тот день на форуме Города было убито восемь тысяч беглых рабов,[1710] а также своим же войском был убит и сам Цинна, получивший консульство в четвертый раз.[1711]

20.

1. Между тем те, кто уцелели из сенаторов, бежав от власти Цинны, жестокости Мария, безумия Фимбрии[1712] и дерзости Сертория, переправившись в Грецию, стали побуждать Суллу, прося, чтобы он помог родине, которая тяжело больна и даже почти погублена. 2. И вот Сулла вскоре после того, как достиг берегов Кампании, разбил в сражении консула Норбана:[1713] семь тысяч римлян тогда уничтожили римляне, шесть тысяч тех же римлян были захвачены в плен римлянами же, сто двадцать четыре человека пало со стороны Суллы.

3. В свою очередь Фабий Адриан,[1714] которому принадлежала пропреторская власть, страстно домогавшийся с помощью армии рабов власти над Африкой, со всеми домочадцами был заживо сожжен на костре хозяевами тех рабов близ Утики.

4. Претор Дамасипп,[1715] по наущению консула Мария,[1716] пригласив в курию якобы на совещание Кв. Сцеволу,[1717] Г. Карбона,[1718] Л. Домиция,[1719] П. Антисция,[1720] убил их там самым жестоким образом. Тела убитых были вытащены [из курии] баграми и сброшены в Тибр.

5. В то же время полководцы Суллы провели против марианских войск много битв, добившись в них горького успеха. Ведь как Кв. Метелл[1721] уничтожил силы Каррины[1722] и захватил его лагерь, так и Гн. Помпей[1723] нанес тяжелое поражение коннице Карбона.[1724]

6. Тогда же у Сакрипорта[1725] между Суллой и Марием Младшим произошло крупное сражение, в котором, как написал Клавдий, из войска Мария было убито двадцать пять тысяч человек.[1726]

7. А Помпей выбил из лагеря Карбона и, преследуя его, обратившегося в бегство, то атакуя [его войска], то принуждая [их] к сдаче, лишил его значительной части сил.[1727] Метелл разбил армию Норбана: в той битве из марианской партии было убито девять тысяч человек.[1728]

8. Лукулл,[1729] будучи осажден Квинцием,[1730] вырвался [из окружения] и в ходе внезапной атаки сокрушил осаждавшее войско. Ибо, как передают, тогда там было убито более десяти тысяч человек.

9. Затем Сулла перед самым Городом у Коллинских ворот[1731] около девятого часа дня вступил в бой с Кампонием,[1732] предводителем самнитов, и наконец в ходе тяжелейшего сражения одержал верх. Там, как говорят, осталось лежать восемнадцать тысяч человек;[1733] двенадцать тысяч сдались; остальное множество [побежденных], обращенное в бегство, погубила необузданная ярость победивших граждан.

21.

1. Сулла, вскоре после того как в качестве победителя вступил в Город, вопреки природному закону и данному слову предал смерти три тысячи безоружных и ничего не ожидавших человек, которые через послов сдались ему.[1734] Также тогда были убиты многие, не скажу, что безвинные, даже из партии самого Суллы, которых, как сообщают, было более девяти тысяч. Смерть без всяких препятствий разносилась по Городу сновавшими повсюду убийцами, когда всякого из них либо возбуждал гнев, либо [влекла] жажда добычи. 2. И вот, когда все стали открыто негодовать, чего боялись делать поодиночке, Кв. Катул,[1735] не таясь, заявил Сулле: «С кем же мы будем побеждать, если в ходе войны мы потеряли тех, кто носил оружие, а в мирное время убиваем безоружных?»

3. Тогда Сулла, по совету примипилария[1736] Л. Фурсидия, первым ввел тот постыдный проскрипционный список.[1737] Первая проскрипция состояла из восемнадцати человек, среди которых было четыре бывших консула: Карбон, Марий, Норбан и Сципион[1738] – в числе остальных был Серторий, которого тогда особенно следовало бояться. 4. Также была объявлена и другая проскрипция из пятисот имен; когда ее прочел Лоллий[1739] (до этого, естественно, безмятежный и ничего [дурного] не ведавший за собой) и неожиданно обнаружил там свое имя, был убит в тот момент, когда он, полный страха, с покрытой головой начал только удаляться от форума. 5. Но в самих списках не виделось ни честности, ни конца несчастий; ведь одних людей сначала включали в проскрипционный список, потом убивали, других же заносили в проскрипции после того, как уже убили. 6. И не было у самой смерти обычной дороги или одного вида, так чтобы при убийстве граждан соблюдалось, по крайней мере, право врагов, которые ничего не отбирают у побежденных, кроме жизни.