1. В 830 году от основания Города брат Тита, Домициан,[2296] наследовал брату, став девятым после Августа [императором]; постепенно за пятнадцать лет он настолько высоко поднялся, минуя все ступени злодеяний, что даже дерзнул уничтожить весьма упрочившуюся во всем мире Церковь Христову, разослав повсюду эдикты о жесточайшем преследовании. 2. Он дошел до такого высокомерия, что приказал, чтобы его называли, писали его имя и чтили как «Государя и бога».[2297] Движимый завистью и в то же время охваченный жаждой наживы, он кого-то из наиболее знатных сенаторов открыто уничтожил, кого-то отправил в изгнание и там повелел убить.[2298] В невоздержанном сладострастии он совершил все то, что только можно представить. Он воздвиг немало зданий в Городе ценой разорения римского народа.[2299]
3. Через легатов он провел войну против германцев[2300] и даков,[2301] нанесшую равный ущерб для государства, ибо, с одной стороны, в Городе он сам терзал сенат и народ, с другой стороны, на войне в ходе яростного сражения враги перебили несчастным образом окруженное войско.
4. И в самом деле, я бы долго мог рассказывать, какие сражения провел Диурпаней, король даков, против полководца Фуска[2302] и какие поражения потерпели римляне, если бы Корнелий Тацит, который весьма обстоятельно изложил эту историю,[2303] не сообщил, что поскольку Саллюстий Крисп и многие другие авторы решили обойти молчанием число убитых,[2304] то и сам он предпочитает сделать то же самое. Однако Домициан, движимый превратнейшей страстью к славе, от имени победивших врагов провел триумф над погибшими легионами.[2305] 5. И вот он, обезумевший от высокомерия, когда повелел почитать себя в качестве бога, вторым после Нерона повелел начать гонение на христиан; именно в то время блаженнейший апостол Иоанн был сослан на остров Патмос.[2306] 6. Было также предписано, чтобы среди иудеев с помощью суровых пыток и жесточайшего следствия отыскивали и уничтожали всех из рода Давидова, поскольку в то время было опасение и верилось, будто из семени Давидова, согласно святым пророкам, скоро появится тот, кто сможет достичь царства.[2307]
7. Однако вскоре Домициан весьма жестоко был убит приближенными во дворце, труп его был вынесен веспиллонами[2308] на простых погребальных носилках и позорнейшим образом предан погребению.[2309]
11.
1. В 846 году от основания Города – впрочем, Евтропий писал, что это случилось в 850 году,[2310] – Петроний, префект претория,[2311] и Парфений,[2312] скопец, убивший Домициана, десятым после Августа императором провозгласили довольно старого Нерву.[2313] Он назначил соправителем Траяна,[2314] при посредничестве которого, наверняка благодаря Божественному Провидению, он заботился о поправлении дел в государстве. 2. Он первым же своим эдиктом возвратил всех изгнанников, в результате чего и апостол Иоанн, освобожденный благодаря такому роду великодушия, возвратился в Эфес.[2315] По истечении же года своей власти Нерва скончался, пораженный недугом.[2316]
12.
1. В 847 году от основания Города Траян, испанец по происхождению,[2317] одиннадцатым после Августа принял кормило государства из рук Нервы и правил в течение девятнадцати лет.
2. Знаки императорской власти он принял близ Агриппины,[2318] города в Галлии; вскоре он вернул в прежнее состояние Германию по ту сторону Рейна, покорил многие племена за Данувием,[2319] сделал провинциями области, лежащие за Евфратом и Тигром,[2320] захватил Селевкию, Ктесифон и Вавилон.[2321]
3. Правда, введенный в заблуждение, он третьим после Нерона склонился к преследованию христиан. Когда он приказал принуждать христиан, где бы те ни были обнаружены, к жертвоприношениям идолам, а отказывающихся убивать, и когда многие были убиты, он, предостереженный докладом Плиния Младшего,[2322] который среди прочих судей участвовал в гонении, о том, что эти люди ничего, кроме исповедания Христа и благопристойных собраний, не совершают противного римским законам и что в уповании на безвинное, в самом деле, исповедание никто из них не видит смерть тяжкой и ужасающей, тотчас более кроткими рескриптами смягчил свой эдикт.[2323]
4. Однако же в Риме тотчас в результате внезапного пожара сгорел построенный Нероном за счет всех частных и общественных средств золотой дом,[2324] чтобы стало ясно, что за гонение, даже организованное другим, наказание обрушивается, главным образом, на памятники того, от кого оно изначально возникло, и [вершится] в отношении самого инициатора.