История русской бюрократии

«…Мы делаем государственное дело и обязаны его делать. Страна, Сталин требуют сотен и сотен танков, лучших чем немецкие. А для этого, считает Онисимов, надо выработать лучшую — по мировым стандартам — технологию. Разработать детальные инструкции, дать конкретные задания. А затем заставить всех подчинённых беспрекословно, точно, строго соблюдать все детали директив, все буквы инструкции. Надо постоянно, неукоснительно заставлять всех контролировать, ловить малейшие промахи, чтобы они не переросли в провалы, подавлять отклонение в зародыше. Вот почему так кричит нарком на мастера в цехе по поводу корочки при разливе стали — эта корочка вписана в инструкцию, без неё качество металла ухудшится.

Культура в работе, технологическая грамотность, чёткость в каждой мелочи — вот стиль руководства отраслью. За эту тщательность сам Орджоникидзе называл Онисимова „немцем“… И сам Онисимов воспитывал своих подчинённых в духе строжайшего контроля технологии и качества… Когда в годы войны возникла опасность срыва в выпуске металла, Онисимов лично, никому не поручая и ни за кого не прячась, докладывает в Госкомитет обороны. Он знает, что может стоить ему этот доклад. Но подвести страну нельзя. И ему помогли, буквально сняли с фронта солдат. Ему верили: если говорит „не могу“, значит, все человеческие силы действительно исчерпаны».

Сталинские наркомы жили своим умом, не окружая себя сонмом советников и консультантов, тем более зарубежных. Им некогда было разрабатывать громкие программы и концепции, жаль тратить время на пустые конференции, презентации, круглые столы и прочее подобное. Эти люди работали сутками напролёт, делали дело, добиваясь в кратчайшие сроки, казалось, недостижимого. Компетентность, работоспособность, требовательность — вот их отличительные черты.

А ведь они были такими же чиновниками, как и те, что служили до них, и после них. Откуда же столь разительное отличие? Дело в том, что они оказались в условиях, при которых иначе жить не могли. Вот какие были условия: если впрягся в эту лямку, так тащи. Бездельничаешь? — уволить. Воруешь? — к стенке. Конечно, при других условиях, при попустительстве высшей власти любой из них вполне мог стать взяточником или просто сибаритом, бездельником на высоком посту[65].

Бывший нарком земледелия И. А. Бенедиктов, более сотни раз встречавшийся по работе со Сталиным и хорошо знавший всю «кухню», рассказывал: