История Сирии. Древнейшее государство в сердце Ближнего Востока

В 163 году до н. э., узнав, что в Сирии много боевых слонов, римляне отправили послов специально для их истребления. Избиение этих ручных и редких животных настолько разъярило одного уроженца Лаодикеи, что он зарезал главу этого посольства, когда тот умащался в гимнасии этого города. Вскоре после этого один из Селевкидов завладел слонами Птолемея, которых тот проиграл своему сопернику. Это последнее, что мы слышим о боевых слонах. Время между смертью Александра и этим событием – единственный период в истории, когда эти животные играли важную роль в войнах на Западе.

Та же самая римская миссия, которая уничтожила боевых слонов, обвинялась в сожжении селевкидского флота, который насчитывал больше кораблей, нежели разрешалось Антиоху III по мирному договору. Хотя флот не сыграл решающей роли ни в одном из сражений, о которых у нас имеются данные, все же он должен был представлять достаточную угрозу, чтобы римляне потребовали включить в договор пункт, ограничивающий его численность и сферу деятельности азиатскими водами. Очевидно, небольшая его часть стояла в Персидском заливе. В целом функция флота заключалась в том, чтобы содействовать армии и защищать военные транспорты. Нет никаких сомнений, что главным образом это были финикийские моряки.

Единицей флота была квинквирема, которая к тому времени пришла на смену не такой мощной триреме и, вероятно, была сконструирована в Финикии или на Кипре незадолго до времен Александра. На квинквиреме весла располагались в один ряд с пятью гребцами на весло. Палуба находилась над ними. Корабль перевозил войска, которых во II веке до н. э. защищали размещенные на палубе легкие деревянные башни. Сам корабль можно было использовать для тарана, в чем преуспели финикийцы.

Единство империи Селевкидов выражалось и в единообразии ее военной организации и администрации провинций, унаследованной в значительной мере от персов. О местном управлении провинциями известно немного, но очевидно, что новоприбывшие сохранили прежний чиновничий аппарат. Административно-территориальные единицы оставили свое персидское название – сатрапия. Аппиан, утверждавший, что при Селевке I в империи целых семьдесят две сатрапии, должно быть, перепутал некоторые части сатрапий с самими сатрапиями. По словам Посидония, в Сирии было восемь сатрапий: четыре на густонаселенном севере – в Селевкиде – и четыре на юге – в Келесирии. Северные провинции группировались вокруг четырех городов-колоний: Антиохии, Селевкии, Апамеи и Лаодикии. Видимо, Дамаск и Ливан вместе с Финикией образовывали первую южносирийскую сатрапию; Самария и Галилея вместе с побережьем – вторую; остальные две составляли Трансиордания и Идумея. Как отмечалось выше, Иудея большую часть времени была жреческим государством-данником при верховной власти Селевкидов.

В административных целях сатрапии делились на округа, вверенные сатрапам более низкого ранга. Точно установить схему этого деления затруднительно, и, вероятно, время от времени оно менялось. Царский монетный двор, разумеется, находился в Антиохии, но, однако, свои монетные дворы имелись и в провинциях, например в Тире, Сидоне, Араде и других важных городах.

Греко-македонские колонии в целом были организованы в соответствии со старыми эллинскими понятиями о самоуправлении города-государства. Эллинизированные города также образовывали такие полисы. Они должны были платить налоги и подчиняться периодически выходившим царским указам, однако им разрешалось самостоятельно решать свои внутренние вопросы. Некоторые даже получили привилегию контролировать соседние территории. Жители Антиохии участвовали в голосованиях как члены эллинской общины и, возможно, даже имели право голоса в военном собрании. Архитектурной особенностью эллинистического города были прямые улицы, пересекающиеся под прямым углом, которые разрезали его на кварталы, из-за чего с высоты он походил на шахматную доску. В общем он напоминал греческий город с общественной площадью (агорой) примерно в центре, на которую выходили храмы. Агора в Дура-Европос имела площадь 28 079 квадратных ярдов (2,3 га). Улицы там имели в ширину от 18 до 24 футов (от 5,5 до 7,3 м), а ширина главной улицы составляла 36 футов (11 м). К сожалению, кроме Дура-Европос, ни один город Селевкидов до сих пор полностью не раскопан. «Этнические» города, напротив, отличались и по внешнему виду, и по своему управлению, и в них коренное население продолжало жить по своим обычаям.

Местное крестьянство проживало в деревнях, сохранявших свой статус и образ жизни независимо от всяких династических пертурбаций. Они возделывали в основном царскую или помещичью землю, и их покупали и продавали вместе с землей. Фактически они занимали положение крепостных. Нет никаких сомнений, что они ни платили подати натурой.