История Сирии. Древнейшее государство в сердце Ближнего Востока

Селевкиды продолжали обычай сбора десятины с урожая, с незапамятных времен существовавший в Западной Азии. Судя по единичным упоминаниям, десятиной облагались не отдельные люди, а целые общины. Большая часть ее выплачивалась натурой от города, народа или племени его вождем или первосвященником. Наши сведения о различных налогах, их суммах и способах расчета далеко не полны, однако не приходится сомневаться в том, что многое определялось древними традициями и приспосабливалось к текущим экономическим условиям.

Помимо дани и доходов с земли, которые в Иудее были довольно высокими, существовали царские налоги, в том числе подушная подать, венечный сбор[182] и соляная пошлина. В своей хартии о Иерусалиме, составленной около 200 года до н. э., Антиох III освобождал город от налогов на три года, а затем еще от трети. Полвека спустя, при соперничестве двух царей-Селевкидов, что не было редким явлением для той эпохи, оба были готовы предложить евреям любую цену за их поддержку. Один из них, Деметрий I Сотер, в 152 году до н. э. обещал в письме первосвященнику Ионафану освободить евреев от большинства налогов и податей, уплачиваемых ими до той поры, включая подушный, соляной и венечный сборы, а также треть всего, что дают поля и сады, которая обычно уходила царю. Также он предложил освободить Иерусалим и от обычной десятины. Тот факт, что и Антиох, и Деметрий говорят о соляном налоге, позволяет предположить, что соляные шахты находились в собственности царя. Рудники, каменоломни, леса, рыбные промыслы, вероятно, тоже принадлежали царям. В своей хартии Антиох освобождает от обложения дерево, поставляемое из Ливана на восстановление Иерусалимского храма и других построек.

Глава 20Торговля и ремесла

Сирия была опорой империи Селевкидов, Антиохия – ее политической главой, Селевкия – торговой столицей, Апамея – военной ставкой, Селевкия на Тигре – столицей ее восточной части, а Сарды – столицей западной. Соединение этих разнородных областей империи и различных торговых и политических центров с помощью удобных и безопасных дорог было главной заботой первых царей из дома Селевкидов. Когда строилась новая колония, ее старались соединить с существующими крупными артериями и местными дорогами, к которым эллинистические цари Сирии и Египта прибавляли все новые. Улучшенное сообщение и то обстоятельство, что эллинистический мир, даже раздробленный, сохранял определенное единообразие общей культуры, включая единый разговорный язык и одинаковые монеты, особенно стимулировали торговлю. Сам процесс колонизации сопровождался всплеском греческой коммерческой и производственной деятельности, который привлекал купцов, деловых людей и ремесленников.

Торговля, как внешняя, так и внутренняя, имела в Сирии огромное значение для государства и всех его жителей. В этой сфере политика Селевкидов, по-видимому, ставила целью, во-первых, привлечение в страну арабских, индийских и центральноазиатских товаров для местного потребления и транзита, а во-вторых, развитие торговых отношений Сирии с Западом, особенно с грекоримским миром. В стремлении завладеть транзитной торговлей Сирия конкурировала с Египтом. В силу этого непрекращающиеся военные конфликты между Селевкидами и Птолемеями имели как политическую, так и экономическую основу.

Товары из Индии доставлялись морем на склады в Аль-Йамане (Йемен, римская Аравия Феликс, или Аравия Счастливая), где вливались в аравийскую торговлю, а отправлялись караваном до Петры и владений Птолемеев, либо же они шли по морю вдоль западного побережья Персидского залива мимо города Герра и вверх по Тигру до Селевкии. Вместе с товарами, которые по суше привозили сходившиеся в Селевкию караваны, вся масса товаров двигалась на запад либо вверх по Евфрату и через Дура-Европос в Антиохию, либо старым путем к востоку от Тигра, пересекая Джазират-ибн-Умар, как его называли арабы, и затем отправлялись на запад в Нисибис и далее в Эдессу, а оттуда в Антиохию или Дамаск. Таким образом, Селевкия на Тигре превратилась в расчетную палату восточной торговли, став наследницей древнего Вавилона и предшественницей средневекового Багдада. В течение всего III века до н. э. этот восточный торговый путь через Селевкию на Тигре оставался общепринятым, но в неспокойный период конца II – начала I века до н. э. путь через пустыню и Пальмиру стал считаться более удобным, в частности, потому, что пальмирские племена могли гарантировать безопасность и обеспечить путешественников водой. Около четырех столетий купцы часто пользовались этим кратчайшим путем через город-оазис Пальмиру.