История Советского Союза. 1917-1991

С течением времени, однако, стало ясно, что лишь в 1956 г. удалось получить максимальный урожай. Первоначально очень высокое естественное плодородие почвы стало быстро падать, начали сказываться порождённые лихорадочной поспешностью недостатки. Для того чтобы добиться немедленных результатов, Хрущёв запретил правильный севооборот и чистые пары, а удобрений, которые должны были восполнить истощение земель, в достаточном количестве не было. Между тем учёные предупреждали Хрущёва об опасности. Разумеется, результатом стала эрозия почвы: после ряда пылевых бурь в 1960 и 1965 гг. в Казахстане было потеряно около 4 млн. гектаров, и ещё более 12 млн. гектаров было повреждено — все вместе это составило почти половину «целинных земель».

Неучтёнными оказались также проблемы механизации, а равно и человеческие, порождённые массовым переселением. Молодые энтузиасты часто жили в палатках или — в лучшем случае — во времянках, в условиях, когда днём стоит палящий зной, а ночью температура нередко падает ниже нуля. Многие километры отделяли их от шоссейных и железных дорог, продовольственное снабжение было совершенно непредсказуемым. Часто не хватало техники для работы на которой они были специально обучены. Неудивительно, что многие из этих молодых людей, которые явились на целину полные надежд, нашли слишком суровыми тамошние условия постоянной борьбы за существование и приняли решение вернуться обратно — в европейскую часть России.

Несмотря на то что в целом кампания по «освоению целины» провалилась, она действительно дала рост производства зерна в самый критический момент и таким образом создала передышку, которая позволила повсеместно провести реформу сельского хозяйства. К тому же это был первый случай в истории СССР, когда сельское хозяйство привлекло к себе скудные в целом ресурсы, оказавшись в центре внимания государственной политики.

В традиционно сельскохозяйственных регионах Хрущёв создал для колхозников более благоприятные, чем раньше, условия. За продукцию колхозов заготовители платили теперь больше, и колхозники могли быть уверены, что получат на свои трудодни нечто существенное. Что касается приусадебных участков, то налоги на них были снижены, а ограничения на их пользование смягчены, так что отдача их тоже повысилась. Всё это повлекло за собой увеличение капиталовложений в сельское хозяйство, причём они росли постоянно: между 1953 и 1964 гг. Хрущёв увеличил их приблизительно в четыре раза. Мы уже видели, что Хрущёв в сельском хозяйстве старался использовать в большей степени, чем раньше, партийные кадры — часто к их большому неудовольствию.

К несчастью, Хрущёв не мог добиться более или менее существенных успехов без того, чтобы не прибегать к кампаниям того или иного сорта. Но, возможно, это вытекало из самой природы советской системы. В традиционно сельскохозяйственных регионах главными были кампании по разведению кукурузы и повышению поголовья скота, по мнению Хрущёва взаимосвязанные. Хрущёв говорил, как обычно, с наивным энтузиазмом излагая прописные истины: если будет фураж, то будет и скот, а без фуража скот вымрет, и не будет ни молока, ни мяса.

Кульминация кукурузной кампании настала после возвращения Хрущёва из США в 1959 г. На него очень большое впечатление произвело море кукурузы в прериях Айовы. Вероятно, забыв о том, что Айова находится южнее любой точки на территории европейской части России, Хрущёв распорядился разводить кукурузу повсеместно и использовать её на силос для корма скоту там, где она не успевает вызреть. Был открыт специальный Институт кукурузоводства. Он издавал собственный журнал «Кукуруза», и удивительные свойства «царицы полей» начали прославляться во всех газетах и сельских партийных организациях. Проклятия обрушивались на несчастную голову того председателя, который сомневался насчёт кукурузы — вне зависимости от того, насколько климатические условия и почвы его колхоза отличались от благодатных для «царицы полей» прерий Айовы.

В самый пик кукурузной кампании, в 1962 г., ею было засеяно не менее 37 млн. гектаров, а вызреть она могла лишь на 7 млн. гектаров. Но поскольку лето выдалось холодное и сырое, даже там, где она могла бы созреть, спелые початки попадались не везде. В то же время упали заготовки прозаического, но необходимого сена, был нарушен обычный севооборот, а луга заброшены. Мнение председателей колхозов и агрономов игнорировалось.