История Советского Союза. 1917-1991

Люди с высшим образованием, чьё положение теперь было гораздо лучше, чем при Сталине, хотели получить ещё большую свободу и были недовольны продолжающимся спорадическим и непредсказуемым вмешательством партии в сферу своей профессиональной деятельности. Рабочие были недовольны тем, что при Хрущёве прекратилось ежегодное удешевление продуктов питания, а затем началось и повышение цен. Крестьяне и все те, кто был связан с сельским хозяйством, считали Хрущёва ответственным за нищету и деморализованность деревни, а равно и за импорт продуктов питания, которые страна вполне способна произвести сама. И, конечно, люди ощутили, что Хрущёв проявил себя как человек, который не соответствует высокому положению государственного деятеля: эпизод, имевший место во время заседания Генеральной Ассамблеи ООН в 1960 г., когда Хрущёв прервал не понравившуюся ему речь, начав стучать ботинком по столу, в Советском Союзе произвёл тягостное впечатление (узнали об этом не из сообщений советской прессы, разумеется, но из передач западных радиостанций). Все понимали, что это было унизительным для страны и роняло её престиж в глазах мирового сообщества.

14 октября 1964 г. состоялся пленум Центрального комитета, на который Хрущёва спешно доставили из Крыма, где он проводил свой отпуск. Речь была только одна. Её произнёс Суслов, и по сути она представляла собой обвинительный акт Хрущёву. Провалы его политики преувеличивались, в то время как успехи не упоминались вовсе. Суслов обвинил Хрущёва в создании собственного «культа личности», в попытках быть специалистом по всем вопросам, в нескончаемых и бессмысленных реорганизациях администрации, в опрометчивой и неосторожной внешней политике.

Кажется, за Хрущёва не вступился никто. Мощная фаланга областных партийных секретарей, которая поддержала его в 1957 г., на сей раз выступила против него. Тогда он был гарантом их безопасности — теперь же сам начал им угрожать, проводя свои бесчисленные эксперименты и реорганизации. К тому же, действуя подчас непроизвольно и бессознательно, он выпустил на волю общественные силы, которые тоже могли быть для них опасны.

И всё-таки Хрущёв был в некоторых отношениях выдающимся государственным деятелем. Больше, чем любой из его коллег, он ощущал всю серьёзность внутренних проблем, стоявших перед страной. Его попытки разрешить их отличались своенравностью, а подчас и грубостью. Более того, он сам не смог до конца освободиться от сталинистских методов политики, какой бы сферы она ни касалась. Тем не менее он оставил страну в более процветающем состоянии, чем его предшественник. К тому же во многих отношениях она совершенно изменилась. Сам его уход символизировал произошедшие перемены. Один британский журналист написал тогда по этому поводу: «Десятью годами ранее и помыслить было невозможно, что преемник Сталина будет смещён со своего поста при помощи такой простой и мягкой процедуры, как голосование».

Советское общество в эпоху «развитого социализма»

Хоть жестокости сталинистской политики были уже делом прошлого, этого нельзя сказать о характерной для неё секретности. Уход Хрущёва так и не получил истинного освещения в печати — он объяснялся «преклонным возрастом и пошатнувшимся здоровьем». Больше имя Хрущёва вообще не упоминалось, если не считать краткого извещения о его смерти в 1971 г. Правда, какие-то неизвестные люди в газетных передовицах обвинялись в «бездумном прожектерстве», «одержимости административными методами», в «недостаточном овладении достижениями науки». Из этих намёков проницательный читатель мог сделать вывод, что новое руководство намерено восстановить стабильность управления государством и в дальнейшем действовать более обдуманно и прагматично.