История Центральной Европы с древних времен до ХХ века

С другой стороны, православная Россия и протестантская Пруссия в равной степени хотели найти возможность постоянно вмешиваться во внутренние дела Польши в качестве защитников своих единоверцев в этой стране. Россия уже делала попытку в этом направлении, вставив в свой мирный договор с Польшей в 1686 г. положения в защиту православных верующих. Тем временем число этих верующих сильно сократилось благодаря тому, что Львовская и Перемышльская епархии на территории Рутении теперь присоединились к Брестской унии, так что синод, собравшийся в Замостье, завершил воссоединение с католической церковью почти всего населения Рутении, все еще находившегося под властью Польши. Оставалось еще ограниченное число православного населения, не присоединившегося к унии, в белорусской Мстиславской епархии в Великом княжестве Литовском, и, кроме православных крестьян, небольшое количество аристократических семей тоже продолжали придерживаться этой веры. Аналогично, кроме протестантских общин в различных городах, были и аристократы, которые со времен Реформации оставались лютеранами или кальвинистами. И верно то, что Польша уже не так терпимо относилась к религиозным вопросам, как в XVI в. Но лишь антитринитаристы (так называемые ариане) – очень малочисленная группа верующих – были изгнаны из страны в 1658 г. по подозрению в сотрудничестве со шведскими оккупантами. Ограничения конституционных прав всех некатоликов, за которые голосовали сеймы начиная с 1717 г., касались только нескольких знатных семей, представители которых теперь были лишены своих должностей и больше не имели права быть избранными депутатами.

ЦЕНТРАЛЬНО-ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА (1772–1815)

Тем не менее Россия и Пруссия, где дискриминация католиков зашла гораздо дальше[53], сочли, что в Польше царят настоящие преследования иноверцев, и вскоре нашли случай выразить громкий протест, к которому присоединился король Англии Георг I. В 1724 г. в городе Торунь, главном центре лютеранства в Польше, немецкие протестанты совершили нападение на иезуитский колледж, осквернили хлеб для таинства причащения и святые образа. Король Август II, который сам был протестантом и стал католиком лишь для того, чтобы получить польскую корону, назначил специальную комиссию, которая приговорила к смерти не только девять вожаков этого нападения, но и мэра города за то, что он не остановил толпу. Более того, у протестантов была отнята церковь и передана католическому ордену. Этот приговор, необычно суровый и единственный в истории Польши, был приведен в исполнение, несмотря на вмешательство папского нунция, и был заклеймен немцами как «кровавый суд», тогда как Август II конфиденциально объяснил, что не мог обуздать фанатизм поляков.

Протест соседей Польши не имел серьезных последствий, потому что Петр I Великий умер на следующий год. Но был открыт путь к нескончаемым вмешательствам России и Пруссии в дела Польши под предлогом защиты «инакомыслящих», как тогда называли религиозные меньшинства. Этот процесс вел прямо к кризису, который предшествовал первому разделу Польши.

Тем временем русско-прусское сотрудничество неуклонно развивалось, связанное с общей ситуацией в Европе и усилением влияния Германии в Российской империи. Самого Петра I Великого прозвали «онемечившимся» русским: именно в северных землях Германии вдоль побережья Балтийского моря, на котором он жаждал властвовать, его усилия по установлению тесных отношений с западноевропейскими странами оказались самыми успешными.

Из всех браков между русскими княжнами и немецкими правителями, пусть даже имевшими ограниченную политическую власть, которые он устроил, брак его племянницы Анны с последним герцогом Курляндским из династии Кетлеров, заключенный в 1710 г., имел особенно важные последствия. Курляндия – южная часть Ли (Лифляндии) была феодальным владением Польши с 1561 г. и официально продолжала им оставаться до ее последнего раздела в 1795 г. Но когда в 1721 г. северная часть Лифляндии, наряду с другими прибалтийскими провинциями, была передана Швецией России, влияние последней в Курляндии, которому способствовал брак Анны, стало доминирующим и сыграло решающую роль, когда Анна, уже вдова, стала в 1730 г. императрицей России после коротких периодов правления вдовы Петра I и его внука. Немец незнатного происхождения по фамилии Бюрен, позднее называемый Бироном, фаворит императрицы, в конечном счете стал герцогом Курляндским, хотя местная знать хотела саксонского принца, а Польский сейм тщетно пытался включить Курляндию в состав Польско-Литовского государства. Более того, помимо Бирона, который в течение 10 лет царствования Анны практически был правителем России, многие другие немцы из недавно обретенных прибалтийских провинций тоже вскоре заняли ведущие посты в русской армии и дипломатическом корпусе, а немец из Вестфалии А.И. Остерман, позднее получивший титул графа, обладал огромной властью вице-канцлера.