Историки Французской революции

Разумеется, В.М. Далин не во всем, мягко говоря, подражал своему другу (по свидетельствам их младших коллег, они были совершенно разными людьми)[282]. К примеру, он был очень скуп на похвалы, в отличие от А.З. Манфреда[283]. Он, конечно, высоко ценил Н.М. Дружинина, в письме к которому от 7 февраля 1972 г. писал: «После того как не стало Вячеслава Петровича, ваше мнение мне особенно дорого. Оно мне очень дорого еще и потому, что Вы, Николай Михайлович, занимаете особое место среди наших историков»[284].

С почтением он относился к М.В. Нечкиной, на книгу которой о Ключевском написал рецензию[285]. Судя по его письму к ней от 21 февраля 1981 г. поклонником яркого таланта Милицы Васильевны он стал еще в 1926 г. после прочтения ее статьи «Общество Соединенных славян»[286]. «Больше полувека спустя я с огромным удовольствием читал вашего “Ключевского” - все тот же яркий, блестящий талант, умноженный огромным научным опытом»[287]. Неслучайно, что он вместе с ней написал рецензию на опубликованную в 1975 г. книгу А.З. Манфреда «Образование русско-французского союза»[288]. К слову, с просьбой о написании рецензии на эту книгу к М.В. Нечкиной обратился главный редактор «Новой и новейшей истории» С.Л. Тихвинский[289].

Восторженные оценки В.М. Далин высказывал редко: он отзывался об А.Р. Иоаннисяне как о «крупнейшем специалисте по истории французской общественной мысли»[290]. А.В. Адо характеризовал как «крупнейшего у нас специалиста по истории Французской революции», высоко ценил свою ученицу Г.С. Черткову за проявляемую тщательность и добросовестность в научных изысканиях. По поводу вынужденного отъезда А.С. Кана в Швецию на постоянное жительство как-то грустно заметил: «Это большая потеря»[291].

Зато за долгие годы совместной работы не помню такого, чтобы о себе В.М. Далин обмолвился хотя бы одним словом. Кстати, это было ведомо не только мне одному[292]. Человек неподдельной скромности, он еще в годы молодости и позднее публиковал свои статьи, а также одну из своих книг на французском языке под псевдонимами К. Винтер, И. Мохов, Ж. Видаль, И. Фендель, Б. Вадимов, Д. Берг[293]. В разговорах на научные темы он избегал, по возможности, упоминания своих исследований, о весомом вкладе, привнесенном им в науку, тем самым подтверждая правдивость высказывания Бальзака о том, что «выдающиеся таланты никогда не говорят о своих творениях»[294]. Правда, перевод его книг на французский язык и появление на них рецензий за рубежом приносили ему на старости лет большую радость.

В.М. Далин был на редкость честолюбивым, но тщеславие было ему совершенно чуждо. Пользуясь огромным авторитетом в научных кругах в нашей стране и за рубежом, Виктор Моисеевич в отличие от многих советских выдающихся историков никогда не изъявлял желания баллотироваться на выборах в АН СССР. Одна из моих старших коллег из Института всеобщей истории, долго беседуя со мной в 1986 г. в Российской государственной библиотеке о многих из наших предшественников, заключила: «Ученый, конечно, Ваш Далин». В чисто научном плане мнение о В.М. Далине как талантливом историке по призванию никем не подвергалось ни малейшему сомнению. Неслучайно руководители журнала «Новая и новейшая история», намереваясь в 1987 г. открыть новую рубрику «Портреты советских историков», первой изъявили желание опубликовать его научную биографию, которая, тем не менее, была опубликована второй по счету[295].

В творческой жизни В.М. Далина особое место занимала редакторская работа, съедавшая львиную долю времени. В отличие от многих своих коллег, не жалея своего времени и сил, он выполнял эту работу с охотой, получая от этого большое удовольствие. Еще в 1930-х, а затем и в 1960-1980-х гг. он состоял в редакционных коллегиях таких авторитетных изданий, как «Историк-марксист», «Борьба классов», «История второго Интернационала», «Маркс-историк», «История Франции» и др.[296] В 1972-1981 гг. он входил также в редакционную коллегию серии «Памятники исторической мысли», насчитывавшей в годы его нахождения в редколлегии 10 книг, одна из которых была опубликована под его непосредственной редакцией и с его обширным послесловием[297].

Помимо издания сочинений Бабефа, о чем уже было отмечено, В.М. Далин принимал также деятельное участие в подготовке к публикации собрания сочинений Н.М. Лукина и переиздании книг В.П. Волгина[298]. Им было тщательно прочитано и бережно отредактировано более 15 научных монографий по Новой истории Западной Европы[299]; а как много времени он уделял своим аспирантам, да и другим молодым историкам, не уставая по нескольку раз возвращаться к текстам их работ.