Из поколения в поколение. Как остановить негативное влияние прошлого и найти в семейной истории опору и ресурс

Все эти механизмы действуют и в семье, и в трудовом коллективе, и в группе. Например, родитель, переживающий за результаты испытаний, предстоящих подростку (ЕГЭ или ОГЭ), может ничего не высказывать и вообще никак не показывать свою тревогу, однако все мы знаем, насколько дети чувствительны к состоянию близкого взрослого. В результате происходит заражение тревогой. Это сродни сообщающимся сосудам. Видя, что подросток переживает, родитель тоже заражается его тревогой. И в итоге два человека подпитывают и усиливают переживания друг друга. Учиться или усваивать информацию, кстати, в таком состоянии очень трудно.

Любой человек в разное время может иметь разный уровень хронической тревоги и выглядеть нормальным при одном уровне тревожности и ненормальным при другом, более высоком. Понятно, что существует шкала стрессоров, есть факторы, сильнее повышающие тревогу, а есть незначительно влияющие на нее. И думаю, если вы сейчас повспоминаете разные события своей жизни, то заметите, что в плену сильного стрессора, когда тревога очень сильна, действовать продуманно весьма и весьма трудно.

Давайте разберемся, почему так происходит.

Знаменитый врач-психотерапевт Мюррей Боуэн[10] создал психологическую теорию семьи, основанную во многом на положениях эволюционной теории Чарльза Дарвина, которая совершила прорыв в психотерапии в 1960-е. До Боуэна фактически никто в мире не работал с большой семьей — не просто с супругами или с детьми и родителями, а именно со многими поколениями. Такой подход позволил ему увидеть удивительные закономерности развития семьи и динамики психической жизни ее членов. В частности, доктор Боуэн выделял две базовые системы, на основе взаимодействия которых выстраиваются и поведение человека, и его стратегии принятия решений, и то, как он справляется с трудностями и стрессами, а также в кого он влюбляется, какую супружескую жизнь ведет и чем будут болеть его дети.

Итак, создатель теории семейных систем Мюррей Боуэн считал, что у любого человека существуют две системы функционирования: интеллектуальная

и эмоциональная.

Эмоциональная система включает все автоматические или инстинктивные реакции на любые аспекты среды, подобные тем, что регулируют инстинктивное поведение других живых существ. Наблюдения показывают, что многие виды живых существ способны испытывать разные чувства, например родительскую привязанность, привязанность к партнеру. Скажем, морские выдры спят, взявшись за лапки, чтобы не быть унесенными морским течением и не потерять друг друга. Некоторые животные испытывают привязанность к партнеру и моногамны. Волки, гиббоны, бобры, пингвины, лебеди, многие врановые, выбрав себе пару, остаются с ней на всю жизнь. Многие животные горюют по умершему сородичу: так, слоны, бабуины, лемуры, дельфины издают «звуки потери», ведут себя подавлено, скорбят.

Интеллектуальная система — функция коры головного мозга, которая появилась на последнем этапе развития человека и отличает его от всех форм жизни, стоящих ниже на ступенях эволюционной лестницы. Кора позволяет думать, рассуждать, ставить далекие и близкие цели, наблюдать за собой, рефлексировать, регулировать жизнь в определенных областях. Интеллектуальная, или когнитивная, система дает нам возможность наблюдать за функционированием и реакциями эмоциональной системы. И вот эта существеннейшая, фундаментальная, с точки зрения Боуэна, способность развита у людей в разной степени.

Боуэн ввел понятие дифференцированности. Ее степень определяется тем, в какой мере человек в состоянии различать свои чувства и мысли. Иначе говоря, все мы различаемся по своей способности отделять (дифференцировать) чувства (более субъективные) от мыслей (более объективных). Либо мы реактивны

и ведем себя автоматически, под влиянием текущего чувства (как правило, сильного), либо, какие бы сильные чувства мы ни испытывали, жизненно важные решения мы принимаем, взвесив все возможности. В этом смысле у нас всех разная способность «заражаться тревогой».

Любопытно, что выраженность этой способности никак не связана с уровнем интеллекта, образованием, уровнем культуры, религиозной конфессией, полом и т. п. Можно быть очень умным, иметь очень высокий IQ и при этом плохо отделять чувства от мыслей. Как правило, хорошо дифференцированный человек способен провести различие: «Это я думаю — это я чувствую». Однако в состоянии повышенной тревожности, например в ситуации кризиса, эмоциональная и интеллектуальная системы сливаются, утрачивая способность к автономному функционированию. Человек паникует и принимает неоптимальные решения.

Боуэн утверждает, что чем выше дифференциация, тем лучше люди функционируют. Они становятся более гибкими, лучше переносят стресс и не страдают от различных проблем. И наоборот, по мере снижения уровня дифференциации эмоции и интеллект становятся все более сплавленными, а жизнь человека постепенно оказывается во власти исключительно эмоциональной системы.