Из поколения в поколение. Как остановить негативное влияние прошлого и найти в семейной истории опору и ресурс

Ольга и Павел встретились, полюбили друг друга и решили жить вместе, когда были студентами в Америке (рис. 16). Первые два года, пока они заканчивали учебу, все было, по их словам, «весело, мило и бесконфликтно». Казалось, поводов для ссор не возникало вовсе, они хорошо понимали друг друга, разделяли базовые жизненные ценности. Единственным обстоятельством, скорее удивлявшим Ольгу, чем вносившим напряжение в их отношения, была близость и «странные» отношения Павла с его большой семьей в России. Он каждый день созванивался с родителями, сестрами и братом, вел долгие беседы, посылал им деньги и подарки. Трудности начались после возвращения на родину.

Ольга — единственный ребенок в семье, выросла с мамой и бабушкой по материнской линии, родители разошлись, когда ей было два года. Причиной развода Ольга всегда считала алкоголизм матери. Но и с отцом она не общалась. Вырастила ее бабушка по материнской линии, человек жесткий и авторитарный, часто применявший наказания и побои. К моменту знакомства с Павлом бабушка уже умерла. С мамой, спившейся и опустившейся, Ольга давно не поддерживала отношения, как и со своим отцом. Вот такая self-made woman[27], а по сути очень одинокая, не привыкшая получать от этого мира и окружавших ее людей ничего хорошего, но убежденная, что надеяться можно только на себя. Она относилась к миру весьма настороженно.

Павел — средний ребенок в многодетной семье, у него еще есть старший брат и три младшие сестры, о которых он заботился всю свою жизнь. И сестры, и брат имеют свои семьи и детей. Кроме того, Павел поддерживает отношения со своей расширенной семьей — тетями и дядями (и их потомками) со стороны отца и матери, а еще со всеми бабушками и дедушками. Семья Павла принадлежала к типу «Дружных»: все родственники часто собирались, помогали пожилым родителям и друг другу. И конечно, кто-то из родственников был ближе Павлу, кто-то дальше. Не обходилось без сплетен, коалиций и разногласий, но в целом это было большое и дружное семейство, которое Павел любил, ценил, о котором заботился и которое опекал.

Для Ольги семейные собрания, созвоны, ежедневные беседы казались очень утомительными. Кроме того, еженедельные визиты к родителям Павла удручали, ей хотелось вернуться к американскому режиму, когда они были только вдвоем. Но, понимая, как для Павла важна его семья, Ольга подавляла недовольство. Однако оно никуда не девалось, а копилось и уже было готово выплеснуться наружу. Нужен был только повод. И он не заставил себя ждать.

Все началось с машины. Той, которую Павел подарил своей сестре, когда та родила сына. Надо сказать, что эта сестра всегда была любимицей Павла. Она жила со своим потерявшим и никак не находящим работу мужем весьма небогато. Такой щедрый подарок «прорвал плотину» накопившихся негативных чувств у Ольги. Случился грандиозный скандал. Выяснилось, что Ольга была против и еженедельных поездок к родителям Павла, и столь близкого общения с родней, и того, что он рассказывает об их с Ольгой жизни своим родственникам. Но особенно ее возмущали деньги и подарки, которые Павел дарил своим родным: машина — сестре, заграничный тур — родителям, ремонт — в квартире бабушки и дедушки. «Как же ты не понимаешь, что все они тебя используют и манипулируют тобой?» — кричала Ольга. В этот момент ей казалось, что она «открывает глаза любимому», «защищает его от хитрой и корыстной родни». А Павел стоял, как парализованный, и думал: «Кто это? Почему я не видел этого раньше? Какие ужасные вещи она говорит! Как она вообще может так думать о моих любимых людях! Как хорошо, что все это выяснилось до свадьбы!»

Именно в таком состоянии они и пришли к семейному психологу: каждому казалось, что партнер его не слышит и не ценит то, что важно именно для него.