JFK. Президент Кеннеди. Заговор в Далласе

14 августа командование ВМС США объявило, что задерживает на дополнительный срок до одного года увольнение в запас 26 тыс. офицеров и матросов. 16 августа 113 частей Национальной гвардии США и резерва были приведены в состояние повышенной боевой готовности. Президент Кеннеди приказал направить в Западный Берлин войсковой контингент численностью в 1,5 тыс. человек. В случае необходимости предполагалось направить в Берлин дополнительную американскую дивизию, которая бы смогла при необходимости в течение достаточно долгого времени отражать натиск советских и восточногерманских войск, если вдруг начнутся боевые действия. Дивизию как раз и собирались направить для предотвращения возникновения войны, чтобы Москва увидела, что Западный Берлин стал слишком крепким орешком, который нельзя больше будет захватить за сутки в ходе легкой военной прогулки, поставив западные страны перед свершившимся фактом. Но до посылки в Берлин американской дивизии дело так и не дошло.

Строительство Берлинской стены

17 августа правительство США направило правительству СССР ноту, где осудило возведение стены и заявило о непризнании Восточного Берлина столицей ГДР. Хрущев, естественно, полностью поддержал действия Ульбрихта.

24 августа в ответ на возведение стены вдоль нее было развернуто около тысячи американских военнослужащих, поддерживаемых танками. 29 августа советское правительство объявило о временной задержке увольнения в запас из советских вооруженных сил. СССР также приостановил ранее объявленное сокращение армии.

В Западный Берлин были переброшены дополнительные контингенты американских и британских войск. Кеннеди командировал в Западный Берлин вице-президента Джонсона и генерала Люсиуса Клея, бывшего главу американской оккупационной администрации в Германии, теперь выступавшего в качестве личного посланника президента США.

Когда американские танки подошли к границе Восточного Берлина, по другую сторону границы против них встали советские танки. Командующим группой советских войск в Германии был назначен возвращенный из отставки, то есть из группы генеральных инспекторов, маршал И.С. Конев, в 1945 году бравший Берлин. Дочь Конева Наталья вспоминала: «…Папа уже находился в отставке, но, несмотря на это, его отправили в Берлин. Как рассказывал папа, его отъезд из Москвы был внезапным. На приеме, который проводился в Кремле по случаю прилета космонавта Германа Титова, Хрущев не сразу подошел к нему: «Иван Степанович, собирайтесь, нужно лететь в Берлин». – «Когда нужно ехать?» – спросил отец. «Как можно быстрее, либо сегодня вечером, либо с утра», – ответил Хрущев.

Тогда Хрущеву потребовался человек в Берлине, который имел авторитет у союзников. Американскую сторону в том вопросе представлял генерал Кларк, которого отец, будучи командующим Объединенной группировкой войск в Европе, знал еще по Вене (генерал Марк Уэйн Кларк был американским представителем в Союзной контрольной комиссии по Австрии, а в период Берлинского кризиса командовал американскими войсками в Европе и, как и Конев, прибывший в Берлин 9 августа, был призван на этот пост из отставки. – Авт.).

Хрущев называл это назначение папы в Берлин «сделать ход конем».

Впоследствии отец не раз говорил, что ситуация в Берлине была настолько накалена, что «если бы кто-нибудь случайно пальнул из пушки, могла бы начаться новая война».

Хрущев объяснял назначение Конева тем, что Кеннеди «назначил своим представителем в Западной Германии генерала Люциуса Клея, который занимал этот пост сразу же после войны. Этим США продемонстрировали, что готовят ответ на нашу угрозу подписания мирного договора с ГДР.

Назначая известного нам генерала на этот пост, они хотели показать, что США готовы и к военному конфликту. Командующим советскими войсками в ГДР был тогда Якубовский. И я предложил советскому правительству в ответ на действия американцев совершить ход конем, утвердив командующим нашими войсками в ГДР Конева. Таким назначением мы хотели показать американцам, что поняли их поступок и принимаем вызов. Будущего же маршала Якубовского назначили заместителем маршала Конева. Решение было опубликовано, но между собой мы договорились, что реальным командующим как был, так и останется в Берлине Якубовский, хотя Конев тоже может принимать нужные решения. Мы были уверены, что вскоре все нормализуется и Конев вернется в Москву.