И хотя мы часто убеждаем себя, что определенная еда поможет нам лучше выглядеть, дольше жить и лучше себя чувствовать, исследования в области продовольственного маркетинга обнаружили: реклама продуктов питания с акцентом на здоровье может привести к потере аппетита и у взрослых. В одном исследовании, проведенном в столовых нескольких американских университетов, этикетки продуктов, привлекающие внимание к пользе для здоровья (например, «Здоровая репа» или «Питательная зеленая фасоль»), снизили их потребление почти на 30 % в сравнении с этикетками, которые подчеркивали вкус (например, «Репа в бальзамическом уксусе с травами и медом» или «Обжигающая сычуаньская зеленая фасоль с поджаренным чесноком»). Поскольку главная цель во время приема пищи – наслаждение вкусом (по сравнению, например, с приемом лекарств), когда потребление служит средством достижения других целей, вы ожидаете менее приятного вкуса.
Новые исследования учат нас, что эффект сверхоправдания, демонстрирующий снижение мотивации после введения лишних стимулов, является реакцией не только на разочарование, которое вы испытываете, когда исчезает ожидаемый вами стимул. Вы огорчаетесь, когда не получаете максимум за свои деньги или усилия вознаграждаются слабее, при этом разочарование снижает мотивацию. Эффект сверхоправдания объясняется также тем, что простое присутствие дополнительных стимулов вредит основной причине, по которой мы занимаемся какой-либо деятельностью.
Когда Леппер в первый день наблюдал детей в детском саду, до того, как предложил им награду, он видел на их лицах удовольствие. Детям нравилось выражать себя с помощью искусства. Но после добавления стимула в виде приза они потеряли первоначальный смысл. Фломастеры утратили прежнюю привлекательность.
Он видел, как перед ним разворачивается «принцип ослабления»: чем больше целей, включая стимулы (то есть мини-цели), служат одной деятельности, тем слабее мы связываем ее с главной целью и тем менее полезной является деятельность для достижения основной цели. По этой причине мы едва ли думаем о ней, когда заняты. А если так, деятельность будто и не служит цели вообще. Дети не хотели рисовать после получения приза, так как рисование меньше ассоциировалось
По принципу ослабления добавление новой цели к деятельности, направленной на достижение основной, ослабляет умственную связь между деятельностью и первоначальной целью. Если услышите, что поедание моркови полезно для снижения давления, вы решите, что морковь менее полезна для остроты зрения. Если я скажу, что моя подруга дает ценные советы в области готовки, вы сделаете вывод, что ее медицинские советы не такие ценные, хотя она может быть врачом, который любит готовить.
Ослабление особенно впечатляюще, когда дополнительный стимул не слишком много значит для вас. Например, следует ожидать потерю мотивации, когда выясняется, что программа переработки мусора, которую вы пытаетесь запустить на работе, предоставит налоговые льготы вашему работодателю. Когда неважные для вас цель или стимул приобщаются к деятельности, служащей существующей цели, она кажется менее полезной для первоначального замысла. И если вас не волнует новая цель (например, наполнение карманов вашего генерального директора), вы, скорее всего, позволите ей вытеснить первоначальную и лишить вас мотивации.
Возьмем для примера вино. Часто на мой выбор при покупке влияют два основных мотива: вкус и доступная цена. Они вступают в противоречие по отношению друг к другу у меня в голове. По принципу ослабления, когда я узнаю, что бутылка вина стоит недорого, я решаю, что оно не такое вкусное, а если выясняю, что вкусное, значит, наверняка дорогое. Иногда один мотив становится менее актуальным. Каждый год мой университет проводит праздничную вечеринку с бесплатными напитками. Там меня не заботит винный ценник, ведь я не плачу за него. Поэтому я выбираю более дорогое, так как думаю, будто оно понравится мне больше. Вкус дешевого вина разбавляется (не буквально) денежным мотивом. Я решаю, что вино, которое служит двум целям – хорошему вкусу и доступности по цене, – не удовлетворяет ни одну.