В 1994 г. на окраине пос. Междуречье Черняховского района Калининградской области по инициативе литовских общественных организаций был установлен памятник Геркусу Мантосу. Он представлял собою каменного ужа, разрубленного на три части. Надпись (на прусском, литовском, немецком и русском языках) на гранитной плите гласила, что на месте установки памятника в 1273 г. был казнен Геркус Мантос, борец за независимость прусских племен от Тевтонского ордена. Поскольку памятник был установлен литовской стороной самовольно, в нарушение действующего законодательства, то решением местных властей он был демонтирован.
Спорадические вспышки сопротивления пруссов продолжались до 1283 г. Восставшие так и не смогли взять рыцарские замки, и кроме того, в критический момент некоторые вожди перебежали на сторону ордена.
К середине XIII в. Тевтонский орден захватил почти половину всех земель Пруссии и присоединил к своим владениям в Прибалтике еще треть всех земель в Ливонии (владения бывшего ордена меченосцев). К концу XIII в. тевтонцы полностью захватят Пруссию, а в начале XIV в. – польское Поморье. Местное население было истреблено, кто выжил – бежали за Неман, оставшиеся подверглись германизации и были обращены в католицизм.
Завоеванные земли заселили колонисты – выходцы из различных областей Германии. Возникло огромное по меркам средневековой Европы единое орденское государство, включавшее почти все земли Прибалтики (за исключением Литвы). Это государство будет существовать в общей сложности 300 лет, прежде чем окончательно исчезнет с политической сцены Европы.
Под властью тевтонцев оказались два миллиона человек и более пятидесяти городов, которые вели обширную торговлю с Ганзейским союзом. Главными городами были Мариенбург, Кёнигсберг, Торн, Данциг и Кульм. К началу XV в. государство Тевтонского ордена простиралось по всей Прибалтике. Экспансия германцев на Восток была остановлена лишь в 1410 г., когда тевтонцы были разбиты в Грюнвальдской битве поляками и литовцами.
Орденский хронист Пётр из Дусбурга, самый дотошный летописец происходившего, сообщает, что когда Самбия была покорена, «после ухода господина короля Богемии магистр и братья успешно приготовили все необходимое для строительства и, взяв с собой верных себе пруссов, с большим войском пошли в год от Рождества Христова 1255 и в том месте, которое ныне называется старым замком, построили замок Кёнигсберг».
Так появился укрепленный форпост Тевтонского ордена в богатой янтарем юго-восточной Балтии. Крепость орденских рыцарей была построена не на пустом месте, а там, где располагалось языческое городище, но люди, живущие тут, их происхождение, образ мыслей и цели – все изменилось.
Конечно, в крестовых походах на Балтике принимали участие представители многих народов Европы, но основную массу крестоносцев составляли выходцы из Германии, так что предприятие по крещению язычников в конце концов переросло в колонизацию. В результате сельское население Пруссии к XV в. стало преимущественно немецким, a городское – полностью немецким.
C момента основания замка соседние народы называли его по-своему: литовцы – Караляучюс, поляки – Крулевец, чехи – Краловец. Под именем Королевец замок и местность вокруг него, начиная с XIII в., упоминаются и в различных русских источниках. В России это название широко использовалось до Петра I. Однако начиная с Петра I и до 1946 г. в России чаще использовали немецкое название.
Уже в 1260 г. стены крепости проверили на прочность отряды восставших пруссов, разрушившие поселение при крепости, находившееся на месте будущего Штайндамма (Каменной дамбы). Поэтому епископу Земланда/Самбии, который делил с орденом власть над Пруссией, Кёнигсберг показался местом беспокойным. И он перенес свою резиденцию в Фишхаузен (сейчас – поселок Приморск в тридцати семи километрах от Калининграда). А орден получил наконец необходимую свободу в обустройстве города.
Первую небольшую крепость – буквально из земли и бревен – в сентябре 1255 г. построили на холме Твангсте. Впрочем, и эти укрепления строили пруссы. Точнее, те, кого немецкие хроники называли «верные пруссы». Строительство каменного замка и города требовало больших человеческих усилий и ресурсов. Перешедшие на сторону ордена и принявшие крещение вожди поставляли на стройку своих подданных, их использовали на неквалифицированных работах.
Замок должен был дать приют определенному числу братьев-рыцарей, принявших обет вести монашескую жизнь в духе требований ордена. Им нужна была церковь для богослужений, помещения для советов, совместных трапез, отдыха и сна.
Кроме того, орденская крепость была центром административно-территориальной единицы (комтурства или фогтства), которая находилась под защитой и управлением замка. Во время боевых действий фогт или комтур как командир крепости должен был заботиться о размещении войска. Так, замок был центром сбора рыцарских походов в Великое княжество Литовское в XIV в.