Капитализм всеобщего блага. Новая модель мировой экономики

Основной принцип реализации капитализма заинтересованных сторон – субсидиарность. И это не непроверенный или чисто теоретический принцип. Наиболее широкое применение он получил в системе управления, используемой в Евросоюзе (9), а также в Швейцарской Конфедерации, ОАЭ, Микронезии и других федеративных государствах мира. Согласно ему, решения принимаются на уровне, максимально приближенном к тому месту, где эффект от них будет наиболее ощутим (10). Другими словами, у местных заинтересованных сторон должна быть возможность самим принимать решения, кроме случаев, когда это невозможно или неэффективно.

Разберемся, как этот принцип применим к глобальным вызовам, с которыми приходится сталкиваться нашей экономической системе сегодня. Рассмотрим сначала климатический кризис. Следует сначала согласовать все действия по этому вызову на глобальном уровне. Не стоит пытаться решить проблему сперва на любом более низком уровне. Это неэффективно: только если все в мире будут двигаться в одном направлении, предпринимаемые действия по решению проблемы изменения климата дадут заметный эффект. А действия локального характера в отсутствие какой-либо координации приведут к тому, что участники столкнутся с «эффектом безбилетника». Сообщества, которые отказались бы подписывать соглашение по климату, получили бы двойную выгоду: в первый раз – от наслаждения результатами усилий других по улучшению ситуации с климатическими изменениями, и во второй – от того образа жизни, который они ведут, не задумываясь о вреде, наносимом окружающей среде.

Второй уровень действий и принятия решений, поддерживаемый субсидиарностью, – национальный. Снова рассмотрим меры по борьбе с изменением климата. Каждая страна в той или иной степени способствует изменению климата. Например, уменьшение разрешенного объема выбросов промышленными предприятиями негативно повлияет на Китай в большей степени, чем на другие страны, так как там заводов больше, чем в любой стране мира. Точно так же ограничение на передвижение на автомобиле станет ощутимым ударом для Соединенных Штатов, где автомобили – основной вид транспорта. Используем другой подход, например ограничив авиаперелеты: это в большей степени повлияет на определенные группы людей. Принцип субсидиарности помогает странам принимать решения на национальном или местном уровне, чтобы определить наилучший способ эффективного достижения глобальной цели.

Вот почему такие структуры ООН, как Парижское соглашение 2017 года, – хорошая идея. Ни одна страна не несет ответственности за (значительно) больше, чем четверть мировых выбросов CO₂ (11), а глобальные выбросы должны быть снижены более чем наполовину, чтобы предотвратить климатическую катастрофу. Это означает, что ни одна страна, ни один регион – ни США, ни Китай, ни Евросоюз – не смогут исключительно собственными силами решить проблему мировых выбросов. Но это также означает, что ни у одной страны нет стимула сокращать свои выбросы, не имея уверенности в том, что и другие поступили таким же образом. Это неощутимо в глобальном масштабе, но может навредить темпам экономического развития или процветанию компании в краткосрочной перспективе. Единственный выход из парадоксальной ситуации заключается в сотрудничестве на глобальном уровне. Тем не менее, учитывая совершенно разную структуру национальных экономик, не имеет смысла создавать какой-то глобальный орган управления, чтобы решать, как та или иная страна должна сокращать свои выбросы, ориентируясь на конкретные цели, поставленные для каждой из стран.

То же самое касается и компаний. Ни одна компания не сможет или не захочет самостоятельно сокращать объем выбросов при прочих равных условиях, учитывая ту фору, которую ее конкуренты получат в первое время. Но однажды некий арбитр (например, Евросоюз) установит цели для каждой отрасли и определит права на определенный объем выбросов для каждой компании. У них должна быть возможность решить, как снизить выбросы до желаемого оптимума (например, они могут производить менее энергоемкие продукты или приобретать права на выбросы у других компаний). Эти два примера я взял не с потолка. Парижское соглашение фактически включало принцип субсидиарности, во многом схожий с вышеописанным. И Евросоюз с его новым «зеленым» курсом и схемой торговли квотами на выбросы для компаний также его применяет. Основа для обоих планов была отчасти заложена на заседаниях Всемирного экономического форума. Они показали, как может работать капитализм заинтересованных сторон, если он придерживается принципа субсидиарности.