Капитализм всеобщего блага. Новая модель мировой экономики

Хотя мы не полностью согласны с оценкой Маццукато, ясно, что вклад других заинтересованных сторон в нашу экономическую систему был недооценен и что необходимо восстанавливать равновесие. Для этого капитализм заинтересованных сторон должен гарантировать, что:

• все заинтересованные стороны получают место за столом принятия решений, которые их касаются;

• существуют соответствующие системы измерения для расчета вклада любой заинтересованной стороны в создание или уничтожение истинной ценности, не только с финансовой точки зрения, но и достижения экологических, социальных и управленческих (ESG) целей;

• существует система сдержек и противовесов, чтобы каждая заинтересованная сторона могла компенсировать то, что берет у общества, и получала долю от общего пирога соразмерно вкладу как на местном уровне, так и глобально.

Давайте теперь подробно рассмотрим эти три требования.

КАПИТАЛИЗМ ЗАИНТЕРЕСОВАННЫХ СТОРОН НА ПРАКТИКЕ

Место за столом

Чтобы придать смысл модели заинтересованных сторон как принципу организации, мы должны сначала убедиться, что каждая заинтересованная сторона участвует в обсуждении в каждом случае, который ее касается. Мы знаем, что к этому стоит стремиться и что очень часто этого на практике нет, как подтверждают сохраняющиеся в нашем обществе социальные, экономические и политические диспропорции. На экономическом фронте, например, существует положительная корреляция между сильным представительством заинтересованных сторон и низким уровнем неравенства и соразмерной заработной платой. В главе 6 мы видели одну поразительную иллюстрацию, автором которой является Институт экономической политики (США), сопоставивший динамику членства в профсоюзе с неравенством доходов за последние 100 лет. Он показал, что неравенство доходов было высоким, когда отсутствовала организованная рабочая сила, и уменьшалось в «золотой век» американских профсоюзов примерно между 1940 и 1980 годами, когда членство резко возросло. Когда оно снова начало падать, неравенство доходов вновь увеличилось, достигнув рекордного уровня в середине 2010-х годов. И, как мы уже видели ранее в случае с Данией, в тех странах, где профсоюзы оставались сильны, неравенство доходов также сохранялось на низком уровне, даже в условиях сегодняшней глобализированной экономики, основанной на технологиях.

В тех случаях, когда снижение участия профсоюзов или отсутствие представительства всех слоев общества в процессе принятия решений является осознанным выбором, правительствам в будущем следует вернуться к более инклюзивной политике. В противном случае, в долгосрочной перспективе от этого пострадают все. Тот факт, что заработная плата простых работников в США росла несоразмерным образом на протяжении нескольких десятилетий, привел в итоге к тому, что сегодня в стране намного менее сплоченное и устойчивое общество, плохо подготовленное к таким исключительным событиям, как пандемия COVID-19, или масштабным изменениям, которые принесла Четвертая промышленная революция. И это могло быть, по крайней мере отчасти, результатом исключительного выбора социального и политического курса, как в примере с появлением на первом плане движения Black Lives Matter в Соединенных Штатах. Спустя десятилетия столкновений с дискриминационной политикой и действиями правительства многие стали осуждать такую ситуацию. Уроки, извлеченные из опыта Малайзии, где инклюзивная политика оказалась в центре внимания лиц, принимающих государственные решения, показывают, что более инклюзивный подход к управлению мог и все еще способен избежать подобного неравенства.

Точно так же, когда другие заинтересованные стороны не получают места за столом переговоров из-за принятия индивидуальных решений в сфере вопросов корпоративного управления, советам директоров следует активно проводить более представительный отбор членов. Обеспечение того, чтобы управленческие команды, советы директоров компаний, органы власти и прочие руководящие структуры лучше отражали состав общества в целом, позволит более комплексно подходить к принятию решений и в конечном итоге повысить эффективность организаций. Здесь нам предстоит еще долгий путь. Руководящие структуры по-прежнему монокультурны по гендерному признаку, роду занятий и уровню образования, а также по расовой принадлежности, сексуальной ориентации и возрасту. Каждая компания, сообщество и правительство должны решить, какие действия и критерии лучше всего соответствуют их ситуации, но общая идея о том, что организации, принимающие решения, должны быть более представительными и разнообразными, является практически универсальной целью. Осознание этого приведет к созданию более здоровых и сбалансированных организаций, чьи результаты деятельности в конечном итоге благотворнее скажутся на обществе.