Капитализм всеобщего блага. Новая модель мировой экономики

80 “New Climate Predictions Assess Global Temperatures in Coming Five Years,” World Meteorological Organization, July 2020, https://public.wmo.int/en/media/press-release/new-climate-predictions-assess-global-temperatures-coming-five-years.

81 “Here Comes the Bad Season: July 2019 Is Likely to Be the Hottest Month Ever Measured,” The Atlantic, https://www.theatlantic.com/science/archive/2019/07/july-2019-shaping-be-warmest-month-ever/594229/.

82 Telebasel, Sich entleerende Gletschertasche lдsst Bach in Zermatt hochgehen, https://telebasel.ch/2019/06/11/erneut-ein-rekordheisser-hochsommer-verzeichnet/.

83 “Migration, Climate Change and the Environment, A Complex Nexus,” UN Migration Agency IOM, https://www.iom.int/complex-nexus#estimates.

84 Там же.

85 “Burning Planet: Climate Fires and Political Flame Wars Rage,” World Economic Forum, January 2020, https://www.weforum.org/press/2020/01/burning-planet-climate-fires-andpolitical-flame-wars-rage.

86 “Our house is still on fire and you’re fuelling the flames, World Economic Forum Agenda, January 2020, https://www.weforum.org/agenda/2020/01/greta-speech-our-house-isstill-on-fire-davos-2020/.

Глава 3 Экономический подъем в Азии

Окрестности реки Шам Чун, протекающей на юге Китая, разительно контрастны. На южном берегу насколько видит глаз простираются рисовые поля, а на северном – горизонт не виден из-за небоскребов.

Однако так было не всегда. Сорок лет назад на обоих берегах реки не было практически ничего. Более освоенным было южное побережье, в нескольких милях от которого располагался город Гонконг. «Северные территории» страны, находившиеся тогда под контролем Великобритании, с пустынными землями по другую сторону реки соединяли железнодорожные пути. И лишь одинокий китайский караульный контролировал участок переправы.

Сорок лет спустя мы наблюдаем здесь картину, которую в прошлом никто не смог бы даже себе представить. Рисовые поля на южном берегу реки, как и прежде, принадлежат Гонконгу, давнему финансовому центру Азии. На северном же берегу, где возвышаются небоскребы, теперь территория современного города и технологического центра Шэньчжэня, буквально возникшего из ниоткуда.

Изменившийся так кардинально за 40 лет северный берег реки Шам Чун наглядно демонстрирует масштабы свершившегося в стране экономического чуда. В 1979 году люди, населявшие эти территории, имели доход, позволявший им жить в среднем на один доллар в день. Сегодня ВВП на душу населения в Шэньчжэне составляет 30 000 долларов США, что практически в 100 раз превышает показатели 1979 года. Здесь родились такие технологические гиганты, как Huawei, Tencent и ZTE (1), и, кроме того, этот город – место запуска многих технологических стартапов. Гонконг, разумеется, тоже развивался на протяжении всего периода, но теперь по соседству находится его гигантская копия.

Как происходили эти изменения? И могут ли они служить доказательством масштабного смещения экономической активности на Восток?

Особые экономические зоны Китая

Впервые я побывал в Китае в апреле 1979 года. К тому моменту новый лидер страны Дэн Сяопин находился у власти около года и страна все еще пребывала в состоянии глубочайшего упадка. На протяжении многих лет Китай подвергался вторжениям интервентов, пострадал в ходе гражданской войны, а проводившийся в стране политический курс не позволял достичь сколько-нибудь значимого экономического прогресса.

Столь губительный для страны период растянулся на 150 лет. На протяжении тысячелетий Китай с Индией были мощнейшими экономически развитыми державами, но в XIX веке расстановка сил изменилась. Во-первых, примерно с 1840 года начался так называемый век унижения Китая. В этот период гордая и могущественная китайская цивилизация потерпела поражение в ряде Опиумных войн с Великобританией. Кроме того, страна вынужденно уступила ключевые порты, а также территорию Индокитая Великобритании, Франции и Японии, а в период Второй мировой войны Китай оккупировали японские войска. Главная причина всех этих поражений в том, что Китай тогда оставался в стороне от промышленной революции, а потому противники превосходили его как экономически, так и в военно-техническом плане. Нестабильность и беспорядки в стране привели к падению существовавшего на тот момент политического режима.