Капитализм всеобщего блага. Новая модель мировой экономики

Перебравшись на северное побережье реки Шам Чун сегодня, вы попадаете в бетонные джунгли раскинувшегося вдоль нее мегаполиса – Шэньчжэня. Однако в жаркий летний день народу на улицах города едва ли будет больше, чем в той сонной рыбацкой деревушке, коей Шэньчжэнь был много лет назад. Теперь здесь летом слишком высокая температура воздуха, поэтому прогуляться по городу, не вспотев, практически невозможно: виной тому в числе прочего и глобальное потепление. Поэтому люди перемещаются под землей. Они гуляют по кондиционированным залам подземной торговой улицы Линк-Сити или проводят жаркие летние дни в прохладных офисах многочисленных небоскребов. В другой сезон Шэньчжэнь страдает от ливневых дождей (9), которые участились в связи с изменениями климата. Город стал богаче, но никакое богатство не может защитить его от сил природы.

Китай достиг поистине грандиозных успехов в своем развитии, однако это не должно нас отвлекать от общей картины. Глобальные тенденции, о которых мы рассуждали в главе 2 нашей книги, актуальны как для стран Азии, так и для Западной части мира. Путь нестабильного развития, по которому следует современный мир, ставит под угрозу баланс окружающей среды и судьбы будущих поколений. Более того, плоды экономического прогресса, достигнутого Китаем, Индией и другими странами в последние годы, зачастую распределяются, как и в Западных странах, крайне неравномерно. Для Китая проблема неравномерного распределения благ также актуальна, но, вероятно, более серьезным вызовом для страны является сегодня бремя государственного долга. Как отмечал в своей статье 2018 года Мартин Волф из Financial Times (10), до финансового кризиса 2008 года соотношение государственного долга Китая к ВВП страны составляло 170 %, что соответствовало уровню других развивающихся стран. Однако 10 лет спустя этот показатель резко вырос. По данным Института международных финансов, в июле 2019 года этот показатель составлял 303 %, а в течение первых месяцев пандемии COVID-19 он подскочил до 317 % (11).

Это весьма опасная тенденция, поскольку бо́льшая часть государственного долга Китая находится под контролем нефинансовых государственных предприятий и местных органов власти, которые могут использовать долговые ресурсы для наращивания объема производства в краткосрочной перспективе. Однако в связи с резким снижением в последние годы предельной доходности государственных и частных инвестиций, замедляется рост экономики в целом, и увеличивающиеся долговые обязательства страны вызывают все большее беспокойство. Напряженность в вопросах торговли, снижение темпов прироста населения, а также иные факторы могут спровоцировать дальнейшее торможение экономического роста. Если это произойдет, китайский кризис может охватить и другие страны мира.

Наконец, хотя на протяжении нескольких лет Китай лидирует по количеству установок, использующих энергию ветра и солнечную энергию, а президент Си на заседании генеральной ассамблеи ООН в сентябре 2020 года объявил о том, что к 2060 году страна намерена достигнуть углеродной нейтральности (12), на пути к достижению поставленной цели все еще существуют серьезные преграды. Во-первых, несмотря на амбиции Китая, в 2019 году там замедлилось строительство объектов возобновляемой энергетики, и в новом десятилетии ситуация не меняется (13). Во-вторых, спрос на нефтепродукты в Китае после разразившейся пандемии COVID-19 начал расти раньше, чем в какой-либо другой стране, и к началу лета 2020 года он составил 90 % от доковидных показателей. Для мировой экономики это хороший знак, который говорит о ее восстановлении, однако он также означает, что объем вредных выбросов в атмосферу растет, ведь Китай второй по объему потребитель нефтепродуктов в мире после США. И в-третьих, по оценкам Bloomberg доля азиатских стран в мировом потреблении угля на текущий момент составляющая 77 %, к 2030 году достигнет 81 %. Согласно данным статистического обзора мировой энергетики за 2020 год, выпущенного компанией BP, Китай, который производит и сжигает около половины добываемого в мире угля, а также Индонезия были крупнейшими мировыми производителями угля, и в 2019 году каждая из этих стран также произвела сырья значительно больше, чем годом ранее (15).

Развивающиеся страны в китайском потоке

За несколько десятилетий огромный скачок в экономическом развитии совершил не только Китай. Поймав тенденцию, выросли также экономики стран Латинской Америки и Африки, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии. Китай нуждался в сырьевых товарах, и многие развивающиеся страны обеспечили ему поставки необходимого сырья.

Хотя территория Китая, как и численность его населения, огромна, запасы важнейших для страны ресурсов достаточно скромны, за исключением, пожалуй, редкоземельных минералов. Экономика развивалась, отстраивались новые города, запускались производства, развивалась инфраструктура, в связи с чем страна нуждалась в поставках необходимых ресурсов извне.