Карибский кризис глазами российских подводников (пятьдесят пять лет спустя)

Потом был сделан подробный разбор происшествия, в конце которого слово взял Григорий Таргонин. Под конец своего выступления Григорий Валентинович привел три заповеди, которые должны неукоснительно соблюдаться подводниками для обеспечения живучести лодки:

1) исправное состояние материальной части заведования;

2) безупречные знания, навыки и дисциплина каждого подводника;

3) неукоснительное соблюдение всех правил и инструкций.

В конце своего выступления Таргонин сказал: «Прошу Вас сделать всё, чтобы эти три заповеди постоянно присутствовали в сознании и в сердце каждого подводника. Всё, что необходимо для вашего экипажа, для благополучного плавания вашего корабля, мы сделали. Вы всё знаете и умеете».

Как и предполагалось, торпедные стрельбы всеми лодками проводились во второй половине марта 1963 года. В качестве целей были выделены несколько кораблей, в том числе два сторожевых корабля и эскадренный миноносец. Каждой подводной лодке предстояло вначале выполнить торпедную атаку пузырём, затем, осуществив послезалповое маневрирование, лодка всплывала, доносила результатах торпедной атаки. Получив «добро» на атаку торпедой, лодка осуществляла повторную атаку уже с выпуском практической торпеды. Этот первый этап торпедных стрельб всеми лодками был выполнен успешно. Были подняты торпедоловами все выпущенные торпеды.

На втором этапе задача усложнялась. Предстояло выполнить торпедные стрельбы по быстроходной цели, развивающей скорость 22–24 узла. Лодки поочерёдно подходили к плавбазе «Ратуланги», принимали по две практических торпеды. На следующий день субмарины выполняли четыре атаки (две атаки пузырём, и две – с выпуском торпед по быстроходной цели). Вновь и торпедные расчёты, и расчёты ГКП лодок не подкачали. Все стрельбы были выполнены успешно. Практические торпеды подняты без потерь.

Настал третий, самый ответственный этап стрельб – выход в торпедную атаку по главной цели, идущей в охранении переменными курсами. Вновь лодки приняли в торпедные аппараты по две практические торпеды. Предполагалась стрельба по главной цели вначале пузырём, затем – двухторпедным залпом по главной цели. И вновь успех! Все атаки оказались успешными, торпеды, пройдя заданную дистанцию, всплыли и были подняты на борт торпедолова. Практически все стрельбы лодками были выполнены за две недели, и это – в условиях подготовки практических торпед на плавбазе «Ратуланги» (прежнее название плавбазы – известное читателю «Аяхта»).

Здесь следует сказать похвальное слово и торпедным расчётам плавбазы, готовившим практические торпеды для подводных лодок. В сжатые сроки в стеснённых условиях торпедной мастерской плавбазы эти расчёты смогли качественно подготовить изделия, проверить их и предъявить минёрам подводных лодок. В организации такой слаженной работы торпедных расчётов большая заслуга принадлежит инструктору – командиру БЧ-3 плавбазы «Аяхта» лейтенанту Ивану Степанченко. Это им были обучены и подготовлены торпедные расчёты, сейчас возглавляемые индонезийским минным офицером. Ивану Петровичу оставалось лишь контролировать ход приготовления торпед и инструктировать торпедистов при необходимости. Большую помощь в подготовке торпедных расчётов оказал и старший инструктор-торпедист мичман Яков Николаевич Марченко. Это был специалист первого класса из группы торпедистов торпедного арсенала Тихоокеанского флота, специально прикомандированный на плавбазу «Аяхта» по личной рекомендации начальника Минно-торпедного управления ТОФ капитана 1 ранга Михаила Ушеровича Бродского. Яков Николаевич, действительно оказался специалистом высокого класса. У меня с ним установились хорошие дружеские отношения. Свои знания и богатейший опыт по эксплуатации и содержанию торпедного оружия, в особенности, парогазовых торпед он с успехом передавал как торпедным расчётам, так и непосредственно индонезийским торпедистам. Я знал, если с торпедными расчётами работает Яков Марченко, а неослабный контроль за их действиями осуществлял лейтенант Иван Степанченко, на душе у меня было спокойно. Они никогда не подводили, ответственные задания по приготовлению торпед выполняли организованно и чётко.

Вот какую картину, например, увидел в трюме плавбазы Григорий Таргонин перед приёмкой практических торпед на свою лодку: