Катастрофа в Восточной Пруссии. Августовское сражение 2-й русской армии в 1914 г.

Во фронтовой операции русских исключительно от действий 1‑й армии зависело приведение в исполнение всего оперативного плана немцев. А так как оперативное взаимодействие русских армий отсутствовало, то в сложившейся обстановке на фронте 2‑й русской армии исход армейской операции зависел теперь от фланговых корпусов (6‑го и 1‑го).

3. Соотношение сил в центре и на южном фланге армий 26 августа

26 августа на фронте Бисселен, Лаутенбург немцы имели: подходившую ландверную дивизию Гольца, 3‑ю рез. дивизию, дивизию Унгера (20‑ю ландв. бригаду и бригаду Земмерна), 70‑ю ландв. бригаду, 37‑ю и 41‑ю пех. дивизии, 1‑ю и 2‑ю пех. дивизии, 5‑ю ландв. бригаду, а всего 100 батальонов, 41 эскадрон, 450 орудий, из них 118 тяжелых. Средняя плотность фронта на 1 км – 1½ батальона пехоты, ⅔ эскадрона и 8 орудий, в том числе 2 тяжелых.

Против этих германских сил вели наступление 36, 1, 8, 6, 2, 22 и 24‑я пех. дивизии и гвардейский Литовский пех. полк, 6‑я и 15‑я кав. дивизии русских, имевших 96 батальонов[83], 48 эскадронов и 336 орудий, из них 48 легких гаубиц и 12 тяжелых орудий. При этом четыре дивизии были направлены на фронт Алленштейн, Мюлен, что удлиняло фронт русских на северо-восток. Если немцы имели фронт 60 км, то русские разбросались на пространстве в 85 км, поэтому их средняя плотность выражается: 1 батальон пехоты, ⅔ эскадрона и 4½ орудия на 1 км фронта.

В общем, соотношение сил было примерно равное, со значительным превосходством у немцев в артиллерии, особенно тяжелых калибров[84].

4. Боевые действия в центре армий 26 августа

Корпуса 2‑й русской армии с 15 августа до завязки сражения 23 августа маршировали без дневок, покрыв расстояние в среднем до 150 км, при темпе в 15 км в сутки по плохим дорогам, без устроенного тыла, без хлеба и даже без сухарей и соли.

Состояние германских войск, опиравшихся на благоустроенный тыл и густую сеть железных и грунтовых дорог, регулярно подвозивших все необходимое своим войскам, а также большая свежесть всех войск, кроме участвовавших в боях 23 и 24 августа, выгодно отличалось от состояния русских войск.

Что касается боевых качеств русских и германских войск, то мы уже знакомы с ними по Гумбиненскому сражению и боям 6‑го русского корпуса и 37‑й герм. пех. дивизии. Войска при неудачах одинаково как у русских, так и у немцев, подвергались панике, покидая поле боя. Некоторые наши авторы, критикующие старую русскую армию за ее многочисленные недостатки, часто порицают войска за якобы худшую подготовку, отсутствие доблести и пр. и, противопоставляя им немцев, восхваляют их превосходные качества. В действительности, и немцы и русские дрались примерно одинаково, причем в Танненбергском сражении, как и в Гумбиненском, пальма первенства по части паники скорее принадлежит немцам.

В день 26 августа войска 13‑го корпуса наступали, не встречая немцев, и к 17 ч. 30 м. достигли рубежа Даретен (Доротово), Келларен.

Войска 15‑го арм. корпуса утром 26 августа двинулись вперед пятью колоннами:

а) колонна полк. Новицкого (12 батальонов и 40 орудий) – на Грислинен;

б) колонна ген. Фитингофа (8 батальонов и 36 орудий) – на Гогенштейн;

в) колонна ген. Торклуса (12 батальонов и 32 орудия) – на Кёнигсгут;

г) бригада 2‑й пех. дивизии (8 батальонов и 24 орудия) – на Мюлен;

д) бригада 2‑й пех. дивизии (8 батальонов и 24 орудия) – на Зеевальде[85].

Около 13 ч. 00 м. колонны Новицкого, Фитингофа и Торклуса достигли рубежа Шведрих, Надрау, Паульсгут, где и остановились на большой привал. Разведывательные и охраняющие части немцев без боя отошли с этого рубежа на север.

К этому времени части 2‑й пех. дивизии завязали бой. Командир 15‑го корпуса ген. Мартос, услышав гул канонады со стороны Мюлена, приказал выслать из колонны ген. Торклуса 22‑й Нижегородский пех. полк от Паульсгута на Мюлен, чтобы ударом с востока на запад, т.е. по воображаемому флангу и тылу немцев, оказать содействие 2‑й пех. дивизии.

В то же время к Гогенштейну подошло несколько сотен 2‑го Оренбургского каз. полка (полк. Ситников), которые, встретив здесь небольшие части самокатчиков, после боя заняли железнодорожную станцию Гогенштейн.

После привала, по приказанию командира корпуса, войска должны были продолжать марш на север. Но это распоряжение было выполнено только колоннами Новицкого и Фитингофа.