Катастрофа в Восточной Пруссии. Августовское сражение 2-й русской армии в 1914 г.

Между тем следовало немедленно изменить приказ по армии, отвести центральные корпуса и понудить фланговые (6‑й и 1‑й) корпуса к наступлению с целью облегчить отход 13‑го и 15‑го корпусов. Последнее было возможно. Штабу армии следовало ехать не в Надрау, а в 1‑й корпус и заставить его наступать, а в 6‑й корпус следовало отправить офицеров, способных двинуть этот корпус вперед. При этом командира 6‑го корпуса ген. Благовещенского следовало отрешить от командования корпусом на сутки ранее, чем был отрешен ген. Артамонов.

2. Действия командиров корпусов

Из приводимых ниже решений командиров корпусов видно, как директивы и приказы армий преломлялись в действиях частных начальников, ближе стоявших к войскам. Это тем более необходимо, что в данной операции командиры корпусов той и другой армии проявляли собственный почин, иногда срывая намерения армейского командования, а иногда облегчая последнему руководство армейской операцией в условиях быстро меняющейся обстановки, вследствие плохой связи между штабами армий и штабами корпусов, а иногда при полном отсутствии ее.

а) Решение командиров 1‑го резервного и 17‑го армейского германских корпусов

Германские авторы весьма сдержанно описывают имевшие место крупнейшие недоразумения во взаимодействии 1‑го рез. и 17‑го арм. корпусов. Однако из всего, что написано во II томе «Мировая война» изд. Рейхсархива, а также в работах Эльце и Шефера, рисуется следующая картина взаимодействия германских корпусов и трений между командованием их во время операции вообще, а 27 и 28 августа – в решающие дни операции – в особенности.

Командир 1‑го рез. корпуса ген.-лейт. Белов, имевший сведения от своей кавалерии об уходе русских войск из Алленштейна, предложил командиру 17‑го арм. корпуса ген. Макензену следующее решение: 1‑й рез. корпус продолжает марш-маневр южнее Алленштейна на Гогенштейн, 17‑му же корпусу он предлагает свернуть на Пассенгейм с целью отрезать пути отхода русским на юг.

Ген. Макензен держался того мнения, что 17‑й корпус должен наступать на Алленштейн, Гогенштейн, а 1‑му рез. корпусу удобнее свернуть на Пассенгейм.

Так как эти переговоры велись начальником штаба 17‑го корпуса подполк. Дункер от имени командира корпуса, то процесс решения затянулся. Ни тот, ни другой из командиров корпусов не хотели двигаться на Пассенгейм для выполнения ответственнейшей задачи, сводившейся к преграждению путей отхода русским 13‑му и 15‑му арм. корпусам. Наконец, Макензен как старший по чину приказал 1‑му рез. корпусу очистить дороги для движения 17‑го корпуса через Штабиготтен на Гогенштейн.

Этому приказу ген. Белов не подчинился. Спорный вопрос был передан на разрешение командующего армией; до получения распоряжения армии 17‑й корпус приостановил свое движение.

По этому поводу Шефер пишет:

«Макензен послал на самолете офицера генерального штаба в штаб армии для выяснения вопроса, а тем временем удалось установить прямую телефонную связь из Вартенбурга. Вместо решения вопроса, поставленного Макензеном, ему был передан приказ Гинденбурга о преследовании».

Таким образом, командиры корпусов, направленных в тыл 13‑му и 15‑му русским арм. корпусам, излишне затратили силы и время на движения и действия, совершенно не отвечавшие обстановке и замыслу армейского командования.

б) Действия командира 6‑го русского армейского корпуса

После паники в штабе 6‑го арм. корпуса в Менсгуте штаб отходил в потоке войск и обозов на Ортельсбург, утратив связь со штабом армии. Так как связи с соседями у 6‑го корпуса тоже не было, то командир 6‑го корпуса и его штаб совершенно не знали общей обстановки.

Около 20 ч. 00 м. 27 августа к Ортельсбургу стали подходить головы обозных колонн. В это время в городе начался грандиозный пожар. Город горел со всех сторон, представляя море огня.

Колонны свернули и пошли по северо-восточной окраине, и командиры корпусов, предполагавшие обосноваться в городе, где была телеграфная связь, растерялись. А между тем войска корпуса шли на юг в беспорядке, особенно обозы.

В 2 ч. 00 м. 28 августа штаб корпуса и большая часть главных сил прошли Ортельсбург и в 4 ч. 00 м. достигли д. Валлен, где расположился штаб корпуса. Стало светать. Корпус устраивался на ночлег. Но в 5 ч. 00 м возникла паника в обозах южнее д. Валлен.

В этой обстановке командир и штаб корпуса свое главное внимание уделили прекращению паники в расположении войск корпуса, не задумываясь совершенно о том, насколько целесообразно было отступление к Ортельсбургу. Штаб и командир корпуса не знали, какие войска противника преследуют корпус и преследуют ли вообще.