Казачество и власть накануне Великих реформ Александра II. Конец 1850-х – начало 1860-х гг.

Нормы обычного права, поддерживающие в станицах общинное начало, были частично легализованы и стали основой станичного землеустройства. В нем центральными пунктами стали следующие положения: земля, образующая станичный юрт со всеми угодьями, считается неприкосновенной собственностью общества казаков каждой станицы; казаки-станичники владеют и пользуются землей, руководствуясь исключительно решениями станичного сбора и общественного приговора, и, наконец, станичная юртовая земля ни на каких условиях не должна переходить в чью-либо личную собственность. Упомянутые выше документы фиксировали размер казачьего земельного пая в 30 десятин и круг лиц, имеющих право на его получение в определенном количестве¹⁸³. Землю также получали и беспоместные казачьи офицеры-чиновники в качестве награды за свою военную (административную) службу, но на иных условиях и в больших размерах¹⁸⁴

. Назывались такие участки пожизненными. Владельцы пожизненных участков не могли их продать, заложить или завещать. Допускалась только возможность аренды пожизненных участков, но при категорическом запрете на их заселение крепостными крестьянами. Порядок отвода пожизненных участков в 1858 году был заменен на «Правила о наделе беспоместных и мелкопоместных чиновников войска Донского и их семейств поземельными участками». С этого года указанным чиновникам отводились земельные (срочные) участки в пользование на срок в 15 лет без права приобретения в собственность и отчуждения их, но с переходом пользования участком, в случае смерти владельца, к его семье до истечения 15 лет¹⁸⁵. Полное число участков получали лишь беспоместные чиновники, мелкопоместным выделялись участки в дополнение к уже имеющимся наделам. Место участка выбиралось чиновниками, которые имели право подбирать его поближе к своим поместным землям или к станичному юрту. В 1840 году донская казачья земля стала «закрытой» для представителей неказачьего сословия. С этого года таким лицам постройка и покупка домов, а также приобретение земельных угодий в войске Донском запрещались. В апреле 1858 года это правило было подтверждено и в отношении владений донских помещиков¹⁸⁶

.

Таким образом, к середине XIX века в войске Донском сложилась военно-сословная система землевладения, которая являлась архаичной даже по сравнению с поместным землевладением коронного российского дворянства. Эта система стала формальным юридическим образцом для прочих казачьих войск, то есть размерность и условия получения земельных владений оказались унифицированы по примеру Донского войска. В некоторых войсках, например в Астраханском и Оренбургском, она была реализована почти буквально как в правовом отношении, так и на практике. В войсках приграничных, в которых выделение паев (участков) шло одновременно с завоеванием или с открытием новых земель и с их длительным межеванием, зачастую наблюдалось несоответствие между нормами законодательства и реальным положением вещей. Это касалось в первую очередь Черноморского и Кавказского линейного войск, на землевладение и землепользование которых оказывала существенное влияние затяжная Кавказская война. В Сибирском войске в Семипалатинских степях и на землях сибирских киргизов наделение рядовых казаков паями, а офицеров земельными участками происходило «по особому распоряжению генерал-губернатора в количестве и размере, предоставляемых местными удобствами»¹⁸⁷. При этом участки, положенные казачьим офицерам по званию, должны были отдаваться не в срочное пользование, а в пожизненное владение. Своя специфика имелась в Амурском войске, образованном только в 1858 году¹⁸⁸

. В нем, например, размер первоначального надела (пая) не был определен вообще. Величина надела зависела от «силы и возможностей каждого домохозяина обработать оную землю, расчистить из-под леса, осушить из-под болот и обратить в полезное хозяйственное употребление»¹⁸⁹. Безукоризненно во всех войсках соблюдалось только правило о запрете на операции с земельной и недвижимой собственностью в пределах войсковых территорий для лиц неказачьего происхождения.

Наконец, особое положение в казачьем землепользовании и землевладении занимало Уральское казачье войско. По мнению Н.А. Чернощекова, одного из авторов-составителей «Столетия Военного министерства», «нераздельность земель, состоящих в пользовании уральских казаков, составляет крупнейшую особенность Уральского войска, отличающую это войско от прочих казачьих войск». Иначе говоря, земля в Уральском войске не делилась на станичные и войсковые, а земельные участки не отводились в собственность офицерам и чиновникам¹⁹⁰

. Вся хозяйственная деятельность внутри войска, в котором долгое время превалировало рыболовство, регулировалась на основе общественных приговоров и традиционных норм права¹⁹¹.

На складывающиеся формы землевладения и способы хозяйствования в казачьих войсках оказывали влияние многие факторы от политических до природных, в том числе они зависели и от демографических процессов на казачьих территориях.