Казаки на «захолустном фронте». Казачьи войска России в условиях Закавказского театра Первой мировой войны, 1914–1918 гг.

В ходе войны появились и пятисотенные полки, преобразованные из шестисотенных. Причиной тому стало выделение из рядов последних конвоев для охраны начальников и командующих армейских соединений и объединений. При этом полковые организационные штаты могли сохраняться в прежнем, до времени выделения конвойных, виде, как, например, в 3-м Черноморском Кубанского войска и 3-х Волгском и Сунженско-Владикавказском Терского войска полках, а могли и урезываться на одну сотню, как во 2-м Черноморском полку Кубанского казачьего войска. Также в конце войны из шестисотенных полки переформировывались в четырехсотенные — как, например, полки 1-й Кавказской и 3-й Кубанской казачьих дивизий и Отдельной Кубанской казачьей бригады (согласно приказу командира Отдельного Кавказского кавалерийского корпуса от 19 января (1 февраля) 1918 г.)[164].

Кроме сотен, в казачий полк обязательно входили тыловые команды: обозная (обоз 2-го разряда, то есть полковой), трубаческая (полковой хор), писарская и полковой околоток (медики, ветеринары, полковые кузнецы и полковой каптенармус — человек, отвечающий за обеспечение личного состава продовольствием и боеприпасами)[165].

Полковое управление состояло из командира полка в чине полковника, его помощника в чине войскового старшины (эта должность поначалу существовала только в первоочередных полках, но 16 (29) января 1916 г. по приказу Походного атамана при его императорском величестве она была введена на время войны и во второ- и третьеочередных полках), полкового адъютанта, который являлся также начальником штаба полка и командиром полковой команды трубачей, полкового казначея, полкового врача и заведывающего оружием[166].

31 июля (13 августа) 1916 г. было приказано во всех армейских казачьих полках и дивизионах на офицерские должности казначея и заведующего оружием назначать на период войны только чиновников. В то же время предписывалось добавить в полковые и дивизионные штаты двух офицеров, а также, соответственно, и двух денщиков и четырех лошадей.

Серией приказов — 18 (31) августа, 26 октября (8 ноября) и 11 (24) ноября того же года — во всех казачьих полках была введена должность старшего ветеринарного врача. 18 (31) октября было установлено ввести в пяти- и шестисотенных полках по три штаб-офицера вместо двух, с добавлением в полковые штаты денщика, офицерской и денщицкой лошадей, а 28 ноября (11 декабря) — еще одной верховой лошади для младшего штаб-офицера[167].

Штатное количество личного состава казачьих полков было различным в разные периоды войны, так как часто устанавливалось в зависимости от обстановки. Так, в конце 1915 г. — начале 1916 г. в шестисотенном казачьем полку должно было быть по штату 2 штаб-офицера, 19 обер-офицеров, 4 военных чиновника и 935 казаков; к ноябрю 1916 г. — 3 штаб-офицера, 21 обер-офицер, 90 урядников, 13 трубачей, 871 приказный и казак и 1099 лошадей; в августе 1917 г. — 31 офицер, 982 казака и 1072 лошадей. В то же время в шестисотенных полках, выделивших из своего состава конвои, о чем будет выше, на время войны мог устанавливаться уменьшенный штатный состав. Что касается пятисотенных полков, то по приказу начальника Штаба Верховного главнокомандующего от 24 октября (6 ноября) 1916 г. в них полагалось содержать по штату людей и лошадей меньше, чем в шестисотенных, на число одной сотни[168].

Штатные нормативы четырехсотенных полков были, разумеется, еще меньше. Это видно на примере 55-го и 56-го Донских казачьих полков. Первый из них на 15 (28) июля 1915 г. состоял из 14 офицеров и 497 казаков, а на 1 (14) декабря — из 14 офицеров и 592 казаков (531 строевого и 61 нестроевого); второй, на 23 декабря 1914 г. (5 января 1915 г.), — из 11 офицеров, 3 классных чиновников, 592 казаков, при 603 лошадях. При этом, что интересно, среди нестроевого состава 55-го полка 55 человек относились к немецким колонистам[169].

Между собственно полковым и сотенным организационными уровнями находился также и промежуточный уровень в виде казачьего дивизиона. Последний состоял из двух сотен и представлял собой чисто полевую форму тактического подразделения, нужную только для лучшего оперирования подразделениями в условиях боевой обстановки. В остальное же время дивизион числился в полку формально, не имея даже собственного управления. Однако были и исключения. Так, известно, что в 1916 г. в составе 2-го Сводного Кубанского казачьего полка постоянно числился так называемый Бакинский дивизион, а в составе 3-го Лабинского Кубанского казачьего войска — дивизион 2-й и 3-й сотен. Кроме того, в 1917 г. на Кавказском фронте действовали и отдельные казачьи дивизионы, по своему оперативному статусу приравненные к полкам, — Отдельный Кубанский, Гвардейский Кубанский и Гвардейский Терский[170].