Казаки на «захолустном фронте». Казачьи войска России в условиях Закавказского театра Первой мировой войны, 1914–1918 гг.

Лишь 9 (22) ноября 1917 г., с одобрения начальников всех казачьих дивизий, кроме начальника 1-й Оренбургской, в каждом казачьем полку, входящем в дивизионные штаты, было приказано сформировать 8-пулеметную команду, состоящую из 5 офицеров, 132 казаков и 194 лошади. В этот состав входили: офицеры — начальник команды в чине есаула и 4 младших офицера в чине подъесаулов или хорунжих; строевых — вахмистр, 4 взводных и 4 младших пулеметных урядника, каптенармус — взводный урядник, 8 приказных — пулеметных наводчиков, 24 казака прислуги при пулеметах, 48 коноводов и вожатых к вьюкам, 2 ординарца, 16 ездовых при пулеметных двуколках, артельщик, кашевар, 3 казака для служебного расхода и трубач; нестроевых — сотенный фельдшер, младший ветеринарный фельдшер, мастеровой оружейно-металлического дела, подмастерье, кузнец, 8 обозных и 5 вестовых («для личных услуг») казаков; лошадей — 5 офицеров, 5 заводных офицеров, 98 строевых казаков, 10 нестроевых казаков, 24 вьючных и 4 заводные вьючные, 12 обозных и 36 упряжных пулеметных. К этому количеству допускалось добавление еще 3 сверхсрочнослужащих 1-го разряда — на должности вахмистра и 2 взводных урядников и 2 сверхсрочнослужащих 2-го разряда. В имущественные штаты команды входили: 8 пулеметов, 8 пулеметных двуколок четверочной запряжки, 8 пулеметных вьюков, 16 патронных вьюков, 2 двуколки с запасными частями для пулеметов, двуколка с кузницей, мастерским инструментом и материалами, 4 двуколки с хозяйственными грузами и собственным имуществом офицеров и походная кухня кавалерийского образца.

Однако данный приказ сильно запоздал — во многих казачьих полках выполнить его так и не успели: началась демобилизация. В итоге получилось, что некоторые из них на протяжении всей войны так и не обзавелись пулеметами: 3-й Кавказский, 1-й и 3-й Лабинские и 1-й Черноморский Кубанского войска, 3-е Волгский, Горско-Моздокский и Кизляро-Гребенский Терского войска и 1, 2 и 9-й Сибирские[179].

В то же время некоторые отдельные и особые казачьи конные сотни также держали при себе собственные нештатные конно-пулеметные команды. На Кавказском фронте, правда, доподлинно известно лишь об одном таком случае: в декабре 1917 г. команда в 4 пулемета упоминается в составе 22-й особой конной сотни Кубанского казачьего войска[180].

Казачья артиллерия, как относившаяся только к конному виду, предназначалась прежде всего для артиллерийской поддержки и прикрытия кавалерийских частей. Казаки-артиллеристы были обучены кавалерийскому бою и имели такое же, как и казаки-кавалеристы, вооружение: шашки кавказского или азиатского типа и кавказские кинжалы (в кавказских войсках) или казачьи (у офицеров — офицерские) шашки (в степовых войсках), а также револьверы. Однако кавалерийское холодное оружие было малопригодно на практике в артиллерийском деле, так как шашки, которые предписывалось обязательно носить на портупее, осложняли работу при орудиях, из-за своих довольно больших размеров сковывая движения. В то же время применялись они для самозащиты крайне редко[181].

Основной оперативной единицей казачьей артиллерии являлась казачья батарея, состоявшая из трех двухорудийных взводов, то есть всего в батарее числилось 6 орудий. Орудия эти представляли собой легкие полевые скорострельные трехдюймовые пушки образца 1900 г.[182]

К горному театру боевых действий, каковым являлся Кавказ, эти полевые пушки были плохо приспособлены, и поэтому многие артиллерийские командиры желали заменить их на горные трехдюймовые пушки. Так, например, в сентябре 1916 г. начальник штаба Кавказской армии ходатайствовал о вооружении формировавшейся тогда 3-й Терской казачьей батареи «конно-горной материальной частью». Начальником Управления Августейшего генерал-инспектора артиллерии такое вооружение также представлялось единственно возможным, «так как другой материальной части нет». В то же время он предупреждал, что «выработанных штатов для казачьих конно-горных батарей не имеется». В октябре 1916 г. также перевооружить конно-горными орудиями, правда безуспешно, пытались и 2-ю Забайкальскую казачью батарею. В итоге в 1917 г. 3-я Терская, 6-я и 8-я Кубанские казачьи батареи были полностью преобразованы из полевых в горные, а 4-я Забайкальская получила смешанный состав — два полевых и один горный взвод.

Не удовлетворяли артиллеристов-фронтовиков и 6-орудийные батарейные штаты, так как «ни одного раза 6-орудийной батарее в полном составе действовать в бою не удавалось». По их мнению, предпочтительнее было иметь в ней 4 орудия, что увеличило бы ее маневренность и упростило бы оперативное управление артиллерией. Однако, несмотря на ходатайства об уменьшении числа орудий в казачьих батареях, на Кавказском фронте все они сохранили свое 6-орудийное штатное число до конца войны[183].