Казино "Шахерезада"

В его памяти вдруг всплыл мальчик из Саммерлинга, Питер Хейл. Тогда Блейк получил урок: он не камень и ярость может прийти внезапно и ослепить его. В тот день он долго смотрел, как мальчик играет, бьет по мячу, и тот, отскакивая от ворот гаража, возвращается к нему. Бац-бац, бац-бац. Стук мяча гипнотизировал Блейка. Ну что может быть проще – минуту понаблюдать за мальчиком, улыбнуться, затем выйти из машины, перерезать горло Линде Хейл и вернуться. Даже задержаться возле мальчика, ударить пару раз по мячу и расхохотаться вместе с ним. Неожиданно он поймал себя на том, что не может оставить мальчика без матери. Он неподвижно сидел в автомобиле, а мячик все стучал. Бац-бац, бац-бац. Мальчик был счастлив. У него было все, о чем он мог мечтать. То, чего лишен Блейк. Непонятно за что. Мальчик, жизнь которого не коверкала Бони, а настоящую мать не раздевали и не убивали в Лас-Вегасе. В нем точно торнадо поднималась злоба. Она захлестнула его. Вспыхнула безотчетная зависть. Отвращение. Костяшки пальцев, сжимавших руль, побелели. Казалось, еще немного – и он сломает его. Ненависть к мальчишке разрывала Блейка. Не раздумывая и не колеблясь, он включил передачу и, набирая скорость, понесся прямо на мальчика. Он хотел втереть его в асфальт, размазать, превратить в ничто. Потому что ничто может стать благословением.

Воспоминания отхлынули. Блейк заморгал. Он понял, что слишком увлекся и не концентрируется на деле. Память увела его в сторону. Блейк посчитал, что во всем виноват голос Клэр, пьянящий и чарующий, негромкий и ленивый, но проникавший в самое сердце.

Он приказал себе сосредоточиться и прошептал:

– Амира.

Следует поторапливаться. Он уже не раз смотрел шоу Клэр и знал, что ей осталось исполнить всего три песни. Надо идти немедленно, иначе он не сможет выбраться из толпы ее потных поклонников, локтями пробивающих себе дорогу к выходу. В эти несколько минут Клэр остается одна, без прикрытия. Она уходит за кулисы без охраны и полицейского сопровождения.

Он знал, как все сделает. Клэр сама ему в том поможет.

Когда она закончила последнюю песню, «Еще один момент» Минди Смит, Блейк, не дожидаясь, пока смолкнут аплодисменты, поднялся и, лавируя меж столов, заторопился к ближайшей двери. Он был в легкой спортивной куртке, рубашке с галстуком, джинсах и дорогих туфлях. Оказавшись в зале казино, он на ходу затушил окурок сигареты о первый попавшийся игральный автомат и продолжил путь к стеклянному выходу, напротив которого находилась автостоянка с тремя рядами припаркованных горизонтально автомобилей. Слева тянулся Баулдер-Стрип. Последним в правом ряду был его темно-серый седан. Вскочив в него, Блейк мог в считанные секунды вырваться на автостраду и затеряться в потоке машин.

В среднем ряду, облокотившись на капот красного «каприс-классик», стоял полицейский в штатском, следивший за всеми, кто входил и выходил из клуба. Блейк ощутил на себе его взгляд. Опасаясь быть узнанным, он почувствовал себя неуютно. Дружески кивнув полицейскому, он шагнул мимо него, направляясь к своему седану. Не оборачиваясь, он двигался вперед, прислушиваясь, не раздадутся ли за его спиной шаги, но все было тихо.

Блейк сел в машину и выудил из кармана мобильный телефон. Подождав десять минут, пока из зала не схлынет толпа, набрал номер. Клэр ответила сразу. Даже сейчас, когда она не пела, а говорила, ее голос продолжал нравиться ему.

– Это детектив Джонатан Страйд, – произнес Блейк. – Я работаю с Сереной.

По ее прерывистому дыханию он догадался, что она, раскрасневшаяся от напряжения и жары, еще не пришла в себя после выступления.

– Понятно, – проговорила Клэр.

– Вам нужно как можно быстрее покинуть клуб.

– А где Серена? – спросила она. – Я предполагала, что вы оба приедете за мной.

Блейк нахмурился. Времени на дискуссию не оставалось, приходилось соображать быстрее.

– Серена занята, – произнес он. – Ждать некогда. Я нахожусь на автостоянке, возле «каприс-классик», в среднем ряду. Чем скорее вы выйдете ко мне, тем лучше.

– Там безопасно?

– Вполне. Здесь везде наши люди. Им дан приказ стрелять на поражение.

– Иначе говоря, вы используете меня как наживку? В качестве извивающегося червячка?

Блейк усмехнулся:

– Можете считать и так.

Помолчав несколько секунд, Клэр ответила:

– Хорошо, я выйду через пять минут.

* * *

Страйд въехал в ворота на огороженную территорию клуба «Лаймлайт», запруженную людьми и машинами, кое-как протиснулся между ними и припарковался под углом у центрального входа, на боковой подъездной дороге.

– Ее выступление закончилось, – сообщил он.

Они вышли из его «форда-бронко». Размахивая в воздухе полицейским значком, расталкивая обмякших от духоты зала, лениво бредущих потных зрителей, он двинулся к дверям клуба. Серена следовала за ним. С трудом они вошли внутрь.

– Ты уверен? – спросила Серена.