Книга о русском еврействе. 1917-1967

За свое равнодушие к преследованию сионистов ЕВКОМ впоследствии подвергался строгой критике со стороны так наз. Еврейской Секции при Коммунистической Партии (Евсекции). В этой организации главную роль играли уже не «старые большевики» — в большинстве своем недруже­любные, но, по существу, скорее равнодушные к сионизму, — а бывшие деятели других еврейских партий, в том числе бывшие бундовцы и Фарейнигте, перешедшие недавно к коммунистам, принесшие с собой ярую вражду ко всем сио­нистским группам, с которыми они в течение ряда лет вели ожесточенную борьбу. Евсекция видела свою задачу в уста­новлении «диктатуры пролетариата на еврейской улице». Существование и активность сионистских организаций сто­яли к этому на пути. Еще летом 1918 г. появилась в Петро­граде брошюра 3. Гринберга «Ди Сионистен Ойф дер Идишер Гасс», в которой сионизм был заклеймен, как «цита­дель реакции», концентрация «мелкобуржуазных элементов» и «средостение между еврейскими массами и российской революцией». Очевидно, в надежде предотвратить это об­винение в контрреволюционности, шестьдесят сионистских деятелей, собравшихся в Москве в мае 1918 г. приняли ре­золюцию о «нейтралитете» в вопросах внутренней россий­ской политики. В общем 1918 г. прошел в Великороссии спо­койно. Но уже в начале 1919 г. положение стало ухуд­шаться. В феврале Петроградский Центральный Комитет Российской Сионистской организации зарегистрировал ряд случаев преследований местных сионистских групп: закры­тие сионистских бюро и клубов и запрещение сионистской прессы. Впрочем, эти ранние преследования исходили глав­ным образом не от центральных советских органов, а от местных Евсекций и Евкомов, в которых угнездились комму­нистические неофиты из среды антисионистских партий. Об­ращаясь за защитой к Председателю Тульского Районного Совета Цеире-Ционистская группа в Туле объяснила, что местный ЕВКОМ «состоит из бывших сионистов-социали­стов (с.с.), с которыми мы разошлись по вопросу о еврей­ской территории и которые поэтому стали нашими против­никами... Теперь они пытаются воспользоваться Советской властью, чтобы свести старые счеты». Районные и Областные Советы нередко удовлетворяли подобные петиции, предла­гая местным ЕВКОМам умерить их антисионистский пыл. Петроградское совещание сионистских деятелей в марте 1919 г. отметило, что, несмотря на все препятствия, больше миллиона рублей было собрано на сионистские цели в тече­ние минувшего года.

Настойчивое требование крестового похода против сио­низма было прокламировано в июне 1919 г. на второй кон­ференции районных Евсекций и Евкомов в Москве. «Своей палестинской политикой», гласила резолюция, «сионистская партия превращается в орудие в руках империализма Ан­танты в ее борьбе против пролетарской революции». Кон­ференция требовала роспуска «контрреволюционной... кле­рикальной и националистической» сионистской организации.

3

Этот призыв не нашел немедленного практического от­клика в самой РСФСР. Но на Украине, занятой советскими войсками в феврале 1919 г., преследования сионистов нача­лись летом того же года.

4-го июня, Центральный Комитет Комфербанда, в ко­тором объединились перешедшие к коммунистам бывшие бундовцы и фарейнигте, обратился к Наркомвнуделу в Ки­еве, настаивая на «абсолютной необходимости ликвидиро­вать деятельность сионистской партии и всех ее подразде­лений». Два дня спустя агенты Чека, в сопровождении ев­рейских коммунистов, произвели массовые обыски среди видных сионистов Киева, а 12 июня Наркомвнудел теле­графно предписал всем своим отделам «немедленно прекра­тить деятельность центрального и местных комитетов сио­нистской партии и всех связанных с нею учреждений». От всех активных сионистских работников была потребована подписка о прекращении всякой сионистской деятельности; нарушение этого приказа влекло за собой предание суду Ре­волюционного Трибунала. В статье, напечатанной в тот же день в «Комунистише Фон», бывший лидер Украинского Бун­да, ныне коммунист, М. Рафес, с удовлетворением подчерк­нул, что инициатива этой репрессии принадлежала еврей­ским коммунистам: они видели в ней проявление «еврей­ской гражданской войны» и «осуществление диктатуры про­летариата на еврейской улице». Массовые обыски были также произведены в домах видных сионистов Одессы и Харькова.

Ликвидация сионистских организаций не успела при­нять всеукраинского характера, так как большая часть страны была во второй половине 1919 г. завоевана Добро­вольческой Армией ген. Деникина. Добровольческие части отметили свой путь кровавыми еврейскими погромами, но не были заинтересованы в преследовании сионистов, как таковых. Эта «передышка» продолжалась до окончательного изгнания деникинцев в начале 1920 г.