Читаем Книга о русском еврействе. 1917-1967 полностью

Вскоре после этого была проведена национализация промышленных предприятий, торговых фирм, капиталов, больших жилых домов. Проведена была также новая аг­рарная реформа. Деятельность всех общественных органи­заций и группировок как общих, так и еврейских, — кроме коммунистов, — была тотчас приостановлена. Все органы печати, кроме коммунистической, были ликвидированы. По­всеместно началась волна массовых арестов, не только от­ветственных представителей старого режима, но и обще­ственных деятелей, игравших активную роль в ликвидиро­ванных организациях и учреждениях. Тюрьмы заполнились тысячами арестованных. Начался наплыв в Прибалтику со­ветских чиновников и комиссаров. Бывшие владельцы на­ционализированных домов, магазинов и фабрик высланы были из больших городов в провинцию.

Советизация прибалтийских стран повлекла за собой далеко идущие изменения во всех областях жизни еврейско­го населения. Коммунистический режим сильно нуждался в интеллигентных работниках, и в органы хозяйственного, ад­министративного и судебного аппарата было вовлечено немало евреев. Хотя национализация главных отраслей хозяй­ства была направлена против всей буржуазии, без различия вероисповедания и национальности, она нанесла особенно тяжелый удар широким слоям еврейского населения. В Лит­ве, например, из 986 национализированных промышленных предприятий 560, т. е. 57%, принадлежали евреям. Из 1.593-х национализированных торговых фирм евреям при­надлежали 1.320 (83%). Большой материальный ущерб при­чинила евреям национализация домов и капиталов, а также аграрная реформа. Таково же было положение в Латвии и Эстонии. Без преувеличения можно утверждать, что нацио­нализация уничтожила вековые хозяйственные позиции ев­реев в Прибалтике и что на пороге гитлеровской эпохи, при­несшей еврейству физическое истребление, советский режим уже разрушил все основы еврейской экономики.

Чрезвычайно бурный характер имел финал советского владычества в Прибалтике. Уже в начале весны 1941 г. ор­ганы НКГБ в Балтийских странах принялись в спешном по­рядке составлять и представлять центру списки «контрреволюционных элементов» по каждой из этих стран. В еврей­ской среде в эти засекреченные списки обычно зачислялись: 1) руководители сионистских организаций и постоянные со­трудники сионистской печати, 2) видные бундовские деяте­ли и писатели, 3) руководители еврейских милитаристских формаций (Союз еврейских участников борьбы за незави­симость страны, Союз еврейских комбатантов, «Бетар», «Эл-Ал», ревизионисты).

В середине июня 1941 г. за неделю до вторжения нем­цев, в балтийских странах началась спешная депортация «неблагонадежных» элементов в Сибирь и другие области азиатской России. Из Литвы власти выслали в Сибирь око­ло двадцати тысяч литовцев и около пяти тысяч евреев. Из Латвии депортации подверглось несколько тысяч евреев, а из Эстонии около пятисот евреев.

Несмотря на то, что депортации в Прибалтике косну­лись тысяч евреев, — местные антисемиты пытались изо­бразить самый акт депортации, как «акт мести» со стороны местных евреев, направленный против местных уроженцев. Эта версия получила широкое распространение. Воинствую­щий антисемитизм использовал ее утверждая, будто депор­тацией руководили «еврейские» энкаведистокие органы. В связи с этим в напряженной атмосфере Прибалтики нена­висть к евреям дошла до точки кипения как-раз в тот мо­мент, когда 22 июня 1941 г. началось наступление Гитлера на Советскую Россию.

II. ГОДЫ КАТАСТРОФЫ — 1941-1944

ЛИТВА

Уже в течение первой недели немецко-советской войны вся Литва была занята немцами. Когда был учрежден Райхскомиссариат «Остланд», Литва стала его составной частью под названием «Генеральный округ Литва». Главным комис­саром Литвы назначен был д-р Адриан фон-Рентельн, с ре­зиденцией в Ковно, переименованном немцами в Кауэн. Нем­цы организовали административный аппарат из местных прогитлеровских элементов, во главе которых был постав­лен бывший генерал литовской армии Петрас Кубилиунас.

Расправа с евреями в оккупированных территориях Во­сточной Европы — в том числе в Литве, Латвии и Эстонии — была возложена главным образом на так назыв. «Айнзац-группы», специально созданные немцами при выработке планов нападения на Советскую Россию. Их задачей была ликвидация в оккупированных областях целых националь­ных групп и, прежде всего, евреев. «Айнзац-группа А» при­числялась к северной немецкой армии и действовала в При­балтике. Отчеты, которые «Айнзац-группы» регулярно по­сылали в Главное Управление в Берлине с конца июня 1941 г. вплоть до апреля 1942 г., содержат сведения об истреблении еврейского населения в Литве и других при­балтийских республиках. Существенные данные по истории гибели еврейских поселений в Прибалтике мы находим так­же в отчете шефа «Айнзац-группы А», С. С. главы брига­ды Шталекера, охватывающем период с конца июня до 15-го октября 1941 года.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991. Хроника войны в Персидском заливе
1991. Хроника войны в Персидском заливе

Книга американского военного историка Ричарда С. Лаури посвящена операции «Буря в пустыне», которую международная военная коалиция блестяще провела против войск Саддама Хусейна в январе – феврале 1991 г. Этот конфликт стал первой большой войной современности, а ее планирование и проведение по сей день является своего рода эталоном масштабных боевых действий эпохи профессиональных западных армий и новейших военных технологий. Опираясь на многочисленные источники, включая рассказы участников событий, автор подробно и вместе с тем живо описывает боевые действия сторон, причем особое внимание он уделяет наземной фазе войны – наступлению коалиционных войск, приведшему к изгнанию иракских оккупантов из Кувейта и поражению армии Саддама Хусейна.Работа Лаури будет интересна не только специалистам, профессионально изучающим историю «Первой войны в Заливе», но и всем любителям, интересующимся вооруженными конфликтами нашего времени.

Ричард С. Лаури

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Прочая справочная литература / Военная документалистика / Прочая документальная литература
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное