Читаем Книга о русском еврействе. 1917-1967 полностью

Соотношение сил внутри еврейства сказалось на ре­зультатах выборов в еврейские общины, которые в течение 1918 года были проведены в разных городах на началах всеобщего голосования и по пропорциональной избиратель­ной системе. Следует, однако, отметить, что эти выборы проходили при довольно пассивном участии еврейского на­селения и значительном абсентеизме избирателей. В Минске из 36.000 избирателей подали голоса всего 9.259, т. е. около 25%. В состав общины были выбраны: от Народной группы — 1, от Объединенных социалистов — 2, от Агудас Израиль — 23, от Фолкспартей — 2, от Бунда — 17, от сионистов — 21, от Поалей-Цион — 8.

В Киеве на выборах в общину победили сионисты, и их лидер Н. С. Сыркин был избран председателем общины. В Одессе в еврейскую общину был выбран 101 депутат; из них сионисты получили 35 месст, Бунд — 26, ортодоксы — 11, Поалей-Цион — 11, Фолкспартей — 9, а остальные 19 мест распределялись по разным пестрым группам.

IV. Евреи на Московском Государственном Совещании

В средине августа 1917 г. состоялось в Москве Государ­ственное Совещание, созванное Временным Правительством на основе представительства различных учреждений и об­щественных организаций.

Среди многочисленных ораторов, выступавших на этом Совещании, — от городов и земств, от союзов и объедине­ний, от советов рабочих депутатов и пр. было предоставлено слово и представителям национальностей. Для подготовки выступления от евреев состоялось еврейское собрание представителей разных политических групп. Пишущему эти строки, как делегату на Московском Государственном Сове­щании, привелось присутствовать на этом собрании, в котором участвовали Н. М. Фридман, Г. Б. Слиозберг, М. И. Шефтель, О. О. Грузенберг, М. И. Либер, А. С. Золотарев, Г. А. Ландау и др.

При обсуждении вопроса о форме еврейского высту­пления было решено, что следует иметь две речи: одну — от социалистических группировок, другую — от несоциали­стических. Оратором от несоциалистических группировок был намечен О. О. Грузенберг, а от еврейских социалистов выступал Р. А. Абрамович (Бунд). Речь Абрамовича была согласована с представителями других еврейских социали­стических партий.

Для характеристики политических настроений того вре­мени приводим выдержки из речей Р. Абрамовича и О. Грузенберга, произнесенных на Московском Государственном Совещании от имени русского еврейства.

РЕЧЬ Р. А. АБРАМОВИЧА

Напечатана полностью в «Арбейтер Штиме», № 40-41 за 1917 г.

«От имени всех еврейских социалистических партий, от име­ни еврейского пролетариата и еврейской революционной демо­кратии я делаю следующее заявление: Еврейский пролетариат и все еврейские трудящиеся массы всегда рассматривали себя, как часть российской трудовой демократии. Вместе с пролета­риатом всего мира они боролись за осуществление идеалов де­мократии и социализма. Еврейский пролетариат не сгибался под тяжестью ударов, сыпавшихся на него. Он не дал себя за­пугать преследованиями, репрессиями и погромами и, с презре­нием отворачиваясь от трусов, гордо шел по пути революцион­ной борьбы, которую он избрал в глубоком убеждении, что только победа русской революции принесет всем угнетенным народам свободу...

Наши надежды осуществились. Революция пришла и при­несла долгожданную свободу всем народам всей России и от­крыла возможность также еврейскому народу занять место, как равный, среди других народов свободной России...

Свободная Россия стоит, однако, и сейчас перед страшны­ми и великими испытаниями. Победа революции еще не за­креплена. Страна стоит перед опасностью военного разгрома на фронте и контрреволюции внутри. Наша родина пережи­вает острый кризис, время страшной катастрофы. И в этот момент отдельные классы, во имя своих эгоистических частных интересов, которым грозит революция, стремятся повести ре­волюцию по пути, на котором ждет ее верная гибель. Завоева­ния революции находятся в опасности. Реакция подымает го­лову и вместе с ней начинают подыматься над страной темные тени прошлого, антисемитская и погромная агитация. И поэто­му мы с особенной остротой ощущаем,, что каждое ослабление революционной энергии народов России, каждый поворот на­право неизбежно и в первую очередь отзовется тягчайшим образом на положении еврейских трудящихся масс и что только полное закрепление завоеваний революции, только последова­тельная демократизация всей жизни страны может навсегда положить конец угнетению еврейского народа в России и обеспечить ему все политические и гражданские права и на­циональное самоуправление, в котором он нуждается.

Программа органов российской революционной демокра­тии, предложенная Всероссийскому Государственному Сове­щанию товарищем Чхеидзе, есть также и наша программа бли­жайших требований. Принцип права на самоопределение, га­рантирующий всем народам России всю сумму их националь­ных прав, — этот принцип отвечает национальным потребно­стям всех трудящихся наций, в том числе и евреев.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991. Хроника войны в Персидском заливе
1991. Хроника войны в Персидском заливе

Книга американского военного историка Ричарда С. Лаури посвящена операции «Буря в пустыне», которую международная военная коалиция блестяще провела против войск Саддама Хусейна в январе – феврале 1991 г. Этот конфликт стал первой большой войной современности, а ее планирование и проведение по сей день является своего рода эталоном масштабных боевых действий эпохи профессиональных западных армий и новейших военных технологий. Опираясь на многочисленные источники, включая рассказы участников событий, автор подробно и вместе с тем живо описывает боевые действия сторон, причем особое внимание он уделяет наземной фазе войны – наступлению коалиционных войск, приведшему к изгнанию иракских оккупантов из Кувейта и поражению армии Саддама Хусейна.Работа Лаури будет интересна не только специалистам, профессионально изучающим историю «Первой войны в Заливе», но и всем любителям, интересующимся вооруженными конфликтами нашего времени.

Ричард С. Лаури

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Прочая справочная литература / Военная документалистика / Прочая документальная литература
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное