Книжные контрабандисты. Как поэты-партизаны спасали от нацистов сокровища еврейской культуры

В центре зала, между еврейским и советским разделами, стоял книжный шкаф с табличкой «Караитика»: собранные в нем материалы рассказывали о секте, отколовшейся от иудаизма в IX веке. Там находились караимские книги, индивидуальные и групповые фотографии караимов, большой портрет духовного лидера караимов Вильны, гахама Сераи Шапшала. Скорее всего, мысль включить караимскую секту в еврейско-большевистскую выставку пришла Зелигу Калмановичу: он утверждал, что караимы имеют еврейское происхождение, и как раз в это время исследовал их историю[193].

Герман Крук остался доволен результатами работы своих коллег, подневольных кураторов выставки: «Выставка организована так, что все еврейское выглядит доподлинно еврейским, нам нечего стыдиться. Все большевистское подано под правильным большевистским углом, без намека на антибольшевизм. А немцы считают, что рабочие-евреи помогают им по мере сил. Волки сыты, овцы целы». Калманович высказывался даже более красноречиво: «Выставка свидетельствует о культурной мощи еврейского народа. Она подобна библейскому Валааму, который замыслил проклятие, но против воли произнес благословение»[194].

Перед официальным открытием выставки здание ИВО отмыли, и выглядело оно, по словам Крука, «как филантропическая организация в еврейском городке в канун визита Американского еврейского объединенного распределительного комитета “Джойнт”». В несколько залов сложили ящики, повесили таблички «К отправке», чтобы создать впечатление, что идет активная транспортировка в Германию. Церемонию открытия выставки посетили гебитскомиссар Ганс Хингст, многие немецкие и литовские официальные лица.

Через несколько дней в Wilnaer Zeitung, местной газете германских властей, появилась восторженная «рецензия» на выставку. В статье громко восхвалялся ОШР: «Военно-политическая борьба с еврейством и большевизмом отныне дополнена новым аспектом: борьбой на уровне научных исследований. Мы должны не только сражаться с противником, мы должны понимать его суть, намерения и цели. <…> Сотрудники Оперативного штаба — ударные части науки. <…> Ими сделаны многочисленные открытия, крайне важные для понимания сути еврейства и большевизма, причем некоторые из них имеют непосредственно-практическое политическое значение»[195]. В статье отмечалось, что Вильна является исторической «штаб-квартирой еврейства» и еврейским «вторым Иерусалимом». «В Вильне сосредоточено воистину огромное количество важных и интересных документов касательно мировых врагов № 1 и № 2: евреев и большевиков».

Корреспондент Wilnaer Zeitung расхваливал выставку как важную просветительскую инициативу: «Она показывает нам коварные жестокие лица “великих” евреев XIX века, пустопорожние работы современных еврейских художников. <…> На другой стороне — подборка фотографий из “советского рая”, которая красноречивее любых слов говорит об ущербности и отсталости советского человека».

Читателям статьи сообщалось, что выставку, по предварительной договоренности, может посетить каждый, индивидуально или в составе группы. В конце говорилось: «Каждый зритель получит общее представление о важности и масштабах работы, которую, не афишируя, проводят сотрудники Оперативного штаба».

За период «работы» еврейско-большевистской выставки на Вивульского, 18, ее посетили несколько специальных делегаций. (Планы отправить ее в турне по городам Германского рейха так и не осуществились.) Калманович отмечал, что посетители-немцы старались не встречаться глазами с невольниками-евреями, находившимися в здании, и в дневнике своем рассуждал о том, что взгляд глаза в глаза мог заставить их ощутить общую принадлежность к человеческому роду и вызвать чувство сострадания. С точки зрения посетителей, подобные чувства были недопустимы[196].

Осмотреть выставку прибыла высокопоставленная комиссия из Берлина, в составе которой был представитель канцелярии Генриха Гиммлера. Высокие посетители остались недовольны. Выставка показалась им идеологически не выдержанной, один из членов комиссии даже назвал ее коммунистической пропагандой. После этого визита Шпоркет потребовал включения более откровенно антисемитских и антибольшевистских материалов. В новом варианте экспозиции появились фальсифицированные фотографии, на которых большевики-евреи якобы мучили литовских крестьян. На деле там были изображены евреи, которых мучили немцы и их пособники-литовцы[197].

Доктор Герберт Готхард, специалист по иудаике из ОШР, лелеял проекты более масштабные, чем просто выставка, — она, по его разумению, была лишь трюком на публику. «Свинюшка», как прозвал его Шмерке, составлял далекоидущие планы по превращению виленского отделения ОШР в центр юденфоршунга — антисемитских исследований еврейства. Он решил, что невольников можно превратить в авторов трудов на еврейские темы, которые сам он потом будет переписывать в антисемитском ключе и представлять в аналитический отдел ОШР в Берлине.