Когда Бог был женщиной. Как древнейшая религия Богини сменилась патриархальной верой в богов-мужчин

Из-за проблем с расшифровкой иероглифов, а также плохого состояния и ограниченности самого материала, о лувийской религии мы знаем пока еще очень мало. Верховным божеством лувийцев был бог грозы, очень похожий на хеттского бога Тару, который носил имя Тархунд, Тархунта или Тархус. Гютербок сообщает, что в иероглифических надписях «пока не удалось обнаружить мифологический материал – они большей частью носят посвятительный характер». По его словам, «почти все без исключения лувийские тексты являются магическими или же представляют собой более или менее короткие заклинания, вкрапленные в ритуальные тексты». Это преобладание чисто религиозного материала, записанного с использованием архаических иероглифов, несмотря на легкую доступность других систем письма, наводит на мысль, что лувийцы в чем-то напоминали брахманов Индии или египетских жрецов Ра в Анну, и также могли представлять собой жреческую касту. В пользу такой возможности говорит и тот факт, что писцовые школы, составлявшие мифы на хурритском, хеттском и аккадском языках, по-видимому, располагались на лувийской территории Киццуватна.

Гютербок отмечает, что «Киццуватна, область на юго-востоке Анатолии, включавшая Киликийскую равнину, была, по-видимому, той хеттской территорией, где хурритские писцовые школы достигли наибольшего расцвета». Его предположение основано на том, что в текстах, написанных на хеттском языке, но имеющих отношение к хурритской мифологии, встречается много лувийских заимствований. Однако в равной степени вероятно и то, что эти переводы выполнены самими лувийцами. Мало что еще можно добавить к сказанному о лувийцах, пока не будут предприняты новые расшифровки иероглифов или пока не будет обнаружен новый материал. Однако их роль в истории религии могла оказаться исключительной, как я объясню в следующей главе, продолжающей наше исследование патриархальных культур, которые в конечном итоге уничтожили религию Богини.

5. «Из среды братьев их»

Может показаться невероятным, но следующая группа людей, на чьи контакты с индоевропейцами стоит обратить внимание – это евреи. Как пишет Джордж Менденхолл: «Древний Израиль отныне нельзя рассматривать как изолированный независимый объект исследования; его история неразрывно связана с древней историей Востока, идет ли речь о религии, политике или культуре». Менденхолл отмечает также: «Гипотезы лежат в основе любого обстоятельного исследования и в высшей степени необходимы на практике; они существуют не для того, чтобы подменять собой факты, а для того, чтобы предлагать новые возможности и задавать направление на будущее». Надеюсь, что сказанное мною ниже будет истолковано именно в таком духе.

Авраам, праотец еврейских племен, первый пророк еврейского бога Яхве, возможно, имел отношение к замкнутой общине индоевропейцев, проживавших в Харране – городе, где жили его родные – или же находился под их сильным влиянием. Возможно также, что имя иудеохристианского Бога в Ветхом Завете, Яхве (более знакомое нам как Иегова), изначально произошло от санскритского слова яхва, «текущий». Имя самого Авраама может быть связано с названием арийской священнической касты Индии, брахманов, а патриархальные взгляды евреев могли сформироваться не в культурном вакууме, как обычно полагают, а в результате их контактов с северными захватчиками, чья религия была ориентирована на мужчин.

Разумеется, евреи никогда не принадлежали к индоевропейцам, и к тому времени, когда после пребывания в Египте они переселились в Ханаан, большинство из них, по-видимому, были семитами. Однако существует группа, которая стоит обособленно от всех прочих евреев и, тем не менее, считается одним из их колен или племен. Это священники-левиты. Бесспорно, гипотеза звучит весьма смело, однако рискуя вызвать бурную реакцию в религиозной, эмоциональной и академической сфере, я тем не менее выскажу предположение, что левиты могли быть каким-то образом связаны с индоевропейцами, в частности с лувийцами, лувитами или лувиями, как бы ни переводилось их название. Несмотря на почти общепринятое мнение о том, что евреи всегда были исключительно семитским народом, есть много любопытных свидетельств, указывающих на то, что их взаимоотношения с индоевропейцами действительно стоит рассмотреть в данном контексте.

Прежде чем двигаться дальше, важно отдавать себе отчет в том, что наиболее древние из сохранившихся текстов Ветхого Завета на иврите – те, которые недавно были обнаружены в Кумране[151] – датируются II или III веком до Рождества Христова. До этих открытий самой старой версией считался греческий перевод Ветхого Завета (Септуагинта), выполненный примерно в тот же период времени. Древнейший текст на иврите, доступный до Кумрана, относился примерно к X в. н. э. Судя по лексике, структуре языка и наименованиям местностей и людей, обычно полагают, что самый ранний из источников Пятикнижия, Яхвист, сложился около 1000 г. до н. э., а самый поздний, Жреческий кодекс – около 600 г. до н. э.