Когда гаснут звёзды

— Я думаю, — с волнением Даль’Кир взял девушку за запястье и поднёс серебряный браслет, зловеще сверкнувший гранатовым отблеском, — я узнаю тебя по нему.

III

Тяготы великих

Обитель. Тринадцать часов дня

В просторном роскошном зале собрались по истине безраздельные правители Эндерала, обличённые безграничной властью и держатели колоссальных ресурсов. Храм солнца, посвящённый Мальфасу Солярному8, стал и штабом для Святого ордена, который является центром, стержнем властной структуры континента. Аристократические дома запада, лендлорд севера, торговые корпорации и купеческие кланы востока — все они крутятся вокруг Ордена, как планеты вокруг солнца, обязаны ему повиноваться и следовать его политической и духовной воле. Орден, созданный самим Мальфасом из своих сторонников, приведённых в земли востока, обязан блюсти чистым и праведным феод своего бога, что он и пытается делать из последних сил.

У резного лакированного престола, обитого мягкой тканью, на фоне глобуса Вина стоит высокий мужчина. Мифриловая отделка его атлетического панциря сверкает в свете фонарей и свечей, от которых поднимаются дымчатые струйки. Седая голова отяжелена золотистым оливковым венцом, ставшим символом власти грандмастера. Он обернулся, его угнетённый морщинами лик обратился к женщине в таком же доспехе. Алый плащ за спиной дёрнувшись, зашуршал, пальцы сомкнулись на подбородке, потирая бородку и являя перстень из аэтерниса9 с рубином.

— Натара, твои отчёты… удручают, — уста распахнулись, неся тихую речь. — Как мы могли такое допустить? — он сделал пару шагов в сторону длиннющего мраморного стола, протянувшегося на всю длинную залу и склонился над листами пергамента, вопящими строками и абзацами об удручающей обстановке. — И в преддверии праздника Звёздной летней ночи. Праздник славы Святого ордена, его начала… омрачён такой обстановкой.

— Арантеаль, ты сам понимаешь, — женщина упёрла руки в бока, забренчав наручами о латы, задев пару тканевых подвязок. — У нас слишком мало ресурсов, слишком мало солдат, слишком мало денег. Хотя на праздник ты потратился знатно, Теалор, — укорила Тручесса грандмастера, почесав насыщенный чёрный волос, убранный в шишку на затылке.

— Вот, — он подхватил один из рапортов. — Недокомплект полка в Речном больше сорока процентов. У них нет ни пушек, ни пороха, ни оружия. Башни мирадов без надлежащей охраны. Флотские соединения лишены орудий, ремонтных материалов, торговые суда не могут обеспечиться конвоем.

— Арантеаль… прошу.

— И светоч, Натара. Нужно больше материалов, — с фанатичностью заговорил грандмастер. — Ты знаешь, какой угрозе мы противостоим. Если понадобится, я готов увеличить налоговую ставку на пять процентов для горожан и семь для крестьян, чтобы собрать денег для материалов и изысканий.

— Теалор, хватит…

— И ещё, — Великий магистр подхватил ещё один отчёт, будто бы не слыша Тручессу.

— Арантеаль, прошу, давай обойдёмся без этого, хотя бы в преддверии праздника! — едва ли не умоляет Натара, перебив его. — Я хочу отдохнуть, — её рука провела по небольшой маске на столе, которая похожа на морду львицы. — С шести часов утра я только и занимаюсь, что эти долбанным планированием. Выстави караул, назначь патрули, определи усиленную дневную и ночную стражу и обеспечь охранение знатных особ. Может для тебя это и праздник, а для меня — самый настоящий геморрой. Кто-то празднует с утра, а я только и занимаюсь тем, чтобы никакая сволочь не испортила праздник.

— Хорошо, — покачав головой, выдохнул грандмастер. — Прости. Просто… в последнее время всё слишком странно и тяжко. «Прорицатель» где-то бродит, северные земли кишат беспутными, да и денег практически нет.

— Арантеаль, а ты пойдёшь на бал или проведёшь праздник в обнимку с этой кучей металлолома на которую вы едва ли не на ладан дышите? — съехидничала Натара, взявшись за маску и скрыв иссушённое годами лицо за образом гордой и статной львицы, украшенной узорами золота.

— Конечно. Должен же я что-то там… сказать.

— А Джорек Бартарр почему решил променять бал на боевой выход? — Натара наша небольшое зеркальце, став любоваться собой. — Он себя убить захотел у Дюнного вместе с целым взводом стражи?

— Если кто-то и убьёт Джорека, то это его зависимость к светопыли и услугам… «Красного фонаря» в Подгороде, — мрачно произнёс Арантеаль. — Ну или я, если он не бросит эту гадость…

Спокойное обсуждение проблем Эндерала было разбито возмущением. В большой роскошной зале, уставленной мебелью, шкафами с книгами, увешанной алыми стягами, появилось пару новых мужчин, облачённых в зелёные одежды. Первый — пышнобородый старик в стихарчатой рясе изумрудного цвета долины Фастрид, похожий на жреца, если бы не его воззрения. Рядом с ним идёт смуглый парень с аккуратной бородкой, одетый в длинную стёганную куртку в пол, поверх которой звенит кольчуга, обтянутая на поясе широким зелёным шарфом.