И о своих земляках-шахтёрах Матусовский не написать не мог. И остались «Сияет лампочка шахтёра» (муз. Н. Богословского), а также «Шахтёрский характер» («Когда мы идем после смены, степною дорогой пыля, дороже ещё и милее нам кажется эта земля…», муз. Я. Френкеля), и «Шахтёрская семья» (муз. А. Новикова).
Михаил Львович не был небожителем, человеком отвлечённых грёз. Он жил вместе со страной, проживал дни обычного советского человека. Всякое привелось ему изведать. В частности, пережить тяжёлую болезнь и смерть дочери Елены (они теперь похоронены рядом). В воспоминаниях Е. Матусовской о послевоенном периоде читаем: «Он писал свои стихи, держа тетрадку на коленях, так как у нас не было письменного стола. Однажды к нам в гости пришли Алигер, Долматовский, Симонов со своей первой женой Женей Ласкиной. Есть было нечего, мы жевали сухой чёрный хлеб и запивали его сырцом — неочищенной водкой. Несмотря на столь скудное угощение, всё равно было очень весело… Матусовский был как дитя — очень непрактичный, не умел за себя постоять. И в то же время принципиальный: мог, рискуя, защитить другого человека. Его принцип: „Не прислоняться!“. То есть ни у кого из тех, кто занимает высокие посты, не проси помощи — он никогда ни перед кем не пресмыкался…»
Кто помнит сейчас кинофильм 1958-го года «Матрос с „Кометы“»? А вот песня оттуда — О. Фельцмана — поётся и сегодня, про «самое синее в мире, Чёрное море мое…»
Казалось бы, просты слова и невелика тема песен, сочинённых, в частности, Александрой Пахмутовой:
Однако и они трогали за душу. И все подпевали, тоже на пахмутовский мотив:
Сочиняя киносценарии, отдаваясь иной деятельности, не забывал в творчестве М. Матусовский и о своей малой родине. Цитируем сроки из песни «Приезжайте в гости (Приглашение)» (муз. О. Сандлер, 1953):
Прямо вот так безхитростно и пелось: Полтава всей стране была воистину милой, Чернигов — солнечным, а далекий закарпатский Ужгород — родным. Как же получилось, что в последние четверть века мутные умы вырастили в себе и заронили в молодых и нетвёрдых душах посев ненависти к своим русским братьям?
Да, поэт Матусовский отдал дань своему времени, встретим мы среди его песен и строки о Сталине, и «Слышится гул глухой грозы над голубой рекой Янцзы…» (1-я часть кантаты «Свободный Китай», 1951). Но любим мы другие песни на его трогательные стихи.
И так задушевно в электричке Харьков — Белгород парнишка наяривает на баянчике: «И родина щедро поила меня берёзовым соком, берёзовым соком» или безхитростную «Сиреневый туман над нами проплывает. Над тамбуром горит полночная звезда…» И народ — по обе стороны государственной украино-российской границы, существующей только формально на географических картах, а также в воспалённых мозгах украинских нацистов, согласно подтягивает знакомые строки. И знать не знает, что стихи эти сочинил поэт Матусовский («Сиреневый туман» написан в 1936-м в соавторстве с ещё одним студентом, Яном Сашиным, для институтского вечера самодеятельности). А это значит, что песни стали по сути народными. И дело теперь не столько в том замечательном факте, что в Луганске на Красной площади благодарно установлен памятник Михаилу Матусовскому, похороненному, к слову, в Москве. Может ли быть большая награда для стихотворца, чем стать частью речи своего народа, остаться — вместе с чудесными мелодиями — в сердцах миллионов соотечественников?