Когда терпение лопнуло

Договорились насчет точного места и времени, Рита кинулась собираться – ей добираться как раз полтора часа, если на электричку успеет. Пока приводила себя в порядок, все думала, что не так было в их с Ленкой разговоре. И только в забитом дачниками вагоне, прижатая к окну сумками и тюками, с коими не пожелала расстаться бабка, до ужаса похожая на фото старушки, сообразила – Ленка не задала ни одного вопроса. Ни что за помощь, ни почему так срочно и так рано, просто согласилась на встречу, и все. Рита смотрела в окно на до тошноты знакомые пейзажи за окном и маленькие станции и все пыталась понять, в чем подвох. И так крутила в голове недавний разговор, и этак, но объяснения так не нашла. «Может, заболела», – голос у Ленки, действительно, был странный, точно она говорила через силу. Электричка подходила к конечной, Рита пропустила толпу озабоченных садоводов и огородников, вышла в числе последних. Родной городишко встретил неприятным ветром и мелким дождем, Рита поежилась и быстро пошла к торговой галерее через площадь. Ленка должна уже ждать там, электричка немного опоздала, пришлось торопиться. В толпе мелькнула женщина со знакомыми чертами лица, Рита сбавила шаг – показалось, что навстречу торопится ее мать. Они так и не общались с той ночи, что и в самом деле стала последней для них под одной крышей. Рита видела пропущенные звонки, но отвечать или перезванивать не то, что не хотела – не могла найти в себе сил, заранее зная, чем закончится разговор. «Все святые, а ты тупая неблагодарная скотина», – как бы ни начинался их разговор с матерью, на любую тему, заканчивался он этими словами. На душе было и без того паршивее некуда, одна мысль, что придется вернуться в проеденную жуками халупу, бросало в дрожь, а небо, и без того серое от непогоды, норовило прижать к земле, да так и остаться на веки вечные. Вся надежда сейчас была на Ленку, Рита чуть ли не бегом ворвалась в галерею и пошла вверх по эскалатору на второй этаж. Шла, понимая, что готова сейчас на все – умолять, плакать, угрожать, шантажировать, ограбить и убить, кого Вирская укажет, лишь бы выпросить у нее ключи от Серегиной квартиры. Плевать, если там нет ремонта, среди голых бетонных стен все лучше, чем в клоповнике. Если Ленка попросит денег – не вопрос, карлица отдаст депозит и никуда не денется, даже если придется отобрать его силой. «Вазочки побью», – подумала Рита и, остановившись, принялась осматриваться.

В центре зала под стеклянным куполом помещался фонтан, небольшой, зато с рыбками и кучей мелочи на бетонном дне. В дрожащей воде мелькали красные и серые спинки, посетители чуть ли не горстями кидали в фонтан крошки и даже куски покрупнее, рыбы лениво объедали их и неторопливо плавали по кругу. Рита два раза обошла фонтан, высматривая Вирскую, но ее не было. Набрала ее номер, в ответ два коротких гудка сменились серий прерывистых – Ленка сбросила вызов. Обычно она так делала в рабочее время, если была занята, но сегодня-то выходной! И не похоже на нее вот так себя вести: согласиться на встречу и не прийти, да еще и звонки сбрасывать, а ведь от их разговора столько зависит!

Рита вдруг разозлилась, снова набрала Ленкин номер и решила, что никуда не уйдет, пока не выяснит, в чем, собственно, дело. На этот раз серия длинных гудков оборвалась через минуту, Ленка не ответила. Рита зло выдохнула, принялась звонить снова. Заметила краем глаза неподалеку тетку, отдаленно похожую на Вирскую: та же стрижка, тот же цвет волос и сумка очень похожа, черная, с огромной сине-фиолетовой розой по центру. Тетке явно было очень нехорошо, она смотрела по сторонам мутным тоскливым взглядом и едва не качалась от сквозняка. Увидела Риту, слабо улыбнулась ей, махнула рукой. «Я не подаю», – Рита отошла на другой конец фонтана и снова принялась названивать Ленке. Показалось, что слышит знакомую мелодию вызова, и тут у сутулой тетки в руках оказался телефон. Та посмотрела на экран, подняла голову, через фонтан глянула на Риту, снова махнула. Рита едва удержалась на ногах, не веря своим глазам – Ленка стояла напротив и ждала ее. Та самая тетка с мутным взглядом, сутулая, в одежде на два размера больше, чем нужно, брела навстречу. Рита аж да речи потеряла, она раньше слышала выражение «тень от человека осталась», так вот, к ней приближалась именно Ленкина тень. Подошла, улыбнулась куда-то в пространство, проговорила подозрительно равнодушно:

– Привет, чего названиваешь. Я тебе машу-машу, кричу…

Дар речи пока не вернулся, Рита рассматривала тень подруги: та стала ниже ростом, очень сильно похудела, лицо покрылось морщинами, под глазами появились темные огромные круги. Она старалась держаться ровно, но голова точно сама собой втягивалась в плечи, сумка гирей висела в руках, Ленка явно из последних сил сжимала белые пальцы и сама только что от ветра не покачивалась.

– Лена, – наконец, проговорила Рита, – Лена, Леночка… Что с тобой, тебе плохо? Может, врача?