Королев. Главный конструктор

– Как-то сразу никто не вспоминается. Да и увязать в колее прошлого не хочется… Вот наградили орденом «Знак Почета» за мои труды по испытанию ракетных ускорителей, значит, стала партия мне верить.

Он уже задумал реорганизовать свою группу в собственное КБ. И, несмотря на тюрьмы, лагерь, «шарашки», готов со своим коллективом остаться здесь, в системе НКВД. Лишь бы работать! А верные люди приедут. Нельзя отставать от немцев! Недавно прочитал в газетах, оставленных для него библиотекарем Палеевой, об атаке немецких ракет Фау-2: до России они не долетели, обрушили свои удары на Лондон.

Удостоверение к медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Выдано С.П. Королеву 22 декабря 1959 года

[Музей космонавтики]

– Если что появится на эту тему, пусть на немецком, будьте добры, мне отложите, – попросил Королев.

– Обязательно отложу!

– Я знаю, у вас болен ребенок, мне сахар не больно-то нужен, а ребенку необходим, возьмите половину сахара из моего пайка.

– Немцы с Фау-2 обошли нас, – переживая, говорил Королев Севруку. – А ведь в ГИРДе за годы до этого начались полеты советских ракет! Да, начало было скромное, но любой родник мал, а река вырастает из него и набирает мощь. И потом в нашем РНИИ Тихонравов и работавший у него Костиков, хоть и мучительно вспоминать это имя, предлагали заниматься проектом баллистической ракеты с двигателем на кислороде. Михаил Клавдиевич даже утверждал, что на такой ракете можно поднять одного-двух человек за пределы земной атмосферы. Мы еще до этого обсуждали с ним идею Циолковского о ракетных поездах, и 2 марта 35-го на I Всесоюзной конференции по применению ракетных аппаратов в стратосфере я говорил, что одна большая ракета может нести на себе меньшую, а меньшая – еще более меньшую…

– А руководство НИИ?

– Руководство называло все тихонравовские предложения фантазиями, хорошо хоть не выбросило ракеты вовсе. Костиков струсил и отступил, а после, не знаю по какой причине, поддержал мой ракетоплан. Только Тихонравов, молодец, не успокоился, разработал ракету «АвиаВНИТО» с двигателем Душкина. Ракета поднялась на три километра. А потом… Потом институт все дальнейшие разработки в этом направлении затормозил. Ошибка! И ракетоплан надолго заморозили!

– Валентин Петрович рассказал мне о группе авиаконструктора Болховитинова в НИИ-4, вы в курсе, что там работают теперь Тихонравов и Победоносцев? – спросил Доминик Доминикович.

– Да, он мне тоже об этом говорил, – ответил Королев. В его сознании в этот момент сверкнула идея – не создать ли все-таки реактивный перехватчик, о котором рассказывал Рае? Потенциально более мощный, чем ракетный самолет БИ, созданный в КБ Болховитинова Исаевым и Березняком? Самолюбивое стремление их обогнать? Нет! Досада на отечественное отставание по ракетам! Он должен взять эту проблему на себя! А ракеты? Ведь немецкие Фа-2 – это что-то очень серьезное…

Вскоре Королев отправляет в Наркомат авиапромышленности свой проект: «Необходимые мероприятия для организации работ по ракетам дальнего действия».

* * *

9 мая 1945 года народ всей страны, точно великий океан, заполнил площади и улицы советских городов:

– Сталин! Сталин говорит!

– Товарищи! Соотечественники и соотечественницы! Наступил великий день Победы над Германией. Фашистская Германия, поставленная на колени войсками Красной армии и наших союзников, признала себя побежденной и объявила безоговорочную капитуляцию.

Великие жертвы, принесенные нами во имя свободы и независимости нашей Родины, неисчислимые лишения и страдания, пережитые нашим народом в ходе войны, напряженный труд в тылу и на фронте, отданный на алтарь Отечества, – не прошли даром и увенчались полной победой над врагом.

Глава 13 Восстановление

Немало я дум передумал

С друзьями в далеком краю.

М. Исаковский

Уже 1 мая 1945 года Сталин подписал указ «О проведении работ по выявлению и вывозу заводского и лабораторного оборудования, чертежей и опытных образцов реактивных снарядов». Началом этого процесса считают письмо Уинстона Черчилля: в июле 1944 года он обратился к Сталину с просьбой о допуске англичан к обследованию немецкого ракетного полигона на территории Польши. Сталин поручил наркому авиационной промышленности Шахурину возглавить исследования немецкой техники, присоединившись к английским специалистам. В Германии реконструировать нацистскую технику, по приказу Шахурина, начал генерал-майор артиллерии Андрей Илларионович Соколов, бывший в годы войны уполномоченным Госкомитета обороны по уральским заводам, где было налажено в ускоренные сроки производство твердотопливных снарядов реактивной артиллерии залпового огня – «Катюша».