Я киваю, прячу книгу под свитер и выскакиваю на улицу. Уже почти четыре часа, скоро вернется Дедушка. Перебегаю деревянный мост над Хлодной и вприпрыжку мчусь к нашему дому на Сенной. По тротуарам снуют толпы людей, покрикивают рикши, сгоняя с дороги пешеходов, а самих рикш отгоняет в сторону звонок конного трамвая, который с дребезжанием едет посередине улицы. Мальчишки-продавцы газет и папирос подзывают покупателей, перекупщицы конфет громко расхваливают свой товар, нищие просят денег или еды. Шум и гам — в Квартале так всегда. Я несусь между прохожими, огибаю их зигзагами, никого не задевая, — у меня в этом деле большой опыт, я часто бегаю. Так быстрее согреваешься. Правда, в этом году январь не особо морозный, даже снега нет, но все равно холодно. Минут за пятнадцать я добегаю до нашего двора, поднимаюсь по ступенькам, стучу в дверь и жду, пока пани Брильянт откроет. Дедушка не дает мне ключ, боится, что потеряю. Да мне и не нужен ключ — пани Брильянт никогда не выходит из дома. За дверью слышится ее шарканье в прихожей и щелканье замков — и вот я уже дома.
Раньше все комнаты и кухня в нашей квартире принадлежали Дедушке. Сейчас мне это кажется невероятным, потому что здесь целых три комнаты — зачем одному человеку столько места? Но так было, и я даже помню то время — правда, еле-еле. Теперь в самой большой комнате живут пани Брильянт с мужем, двумя сыновьями и невесткой. Брильянты очень старые (хотя и не такие старые, как мой Дедушка), сыновья у них уже взрослые. Они все работают, кроме пани Брильянт, у которой больные ноги. Но иногда она подрабатывает гаданием: раскладывает карты или бросает в миску картофельные очистки и говорит разным людям, что она там видит. Это, конечно, все неправда — иногда я (хоть и знаю, что так делать нехорошо) подслушиваю под дверью комнаты, когда пани Брильянт устраивает такие сеансы. Они бывают очень смешные. Один раз я так громко смеялся, что она услышала.
— Вижу… вижу… — бормотала пани Брильянт. — Вижу рядом с вами высокого мужчину. У вас есть брат?
— Нет, — ответила клиентка.
— Да, это не брат… — заявила пани Брильянт. — А отец у вас есть?
— Отец живет во Львове, — сказала клиентка.
— Это не отец. Теперь я ясно вижу. А рядом с вами вообще есть какой-нибудь мужчина?
— Рядом? Рядом только сосед живет — собственно, именно он мне и посоветовал…
— Вот! — завопила пани Брильянт. — Это сосед!
— Но он не очень высокий. Он ниже меня.
— Да-да, невысокий. Я же так и сказала: невысокий. Он питает к вам нежные чувства. Хочет на вас жениться.
— Но ему семьдесят пять лет!
— А, да. Я сразу увидела, что это человек пожилой. А вы живете одна?
— С мамочкой.
— Вот именно! Он хочет жениться на вашей мамочке.
— Ноу него уже есть жена! — воскликнула клиентка. — Они живут вдвоем!
— А я разве говорила, что он порядочный человек? Будьте осторожны. Сосед ваш — злой. Он желает вам зла.
— Да нет же, это очень милый старичок, — запротестовала клиентка. — Именно сосед дал мне ваш адрес и посоветовал пойти погадать. Сказал, что он ваш родственник, его фамилия тоже Брильянт. Мы живем на улице Заменгофа. Вы его знаете?
— Знаю… — слабым голосом ответила пани Брильянт. — Это мой дядя, но я… Значит, я кого-то другого… Ах, вот! Вот тут вижу: вас ждет большое счастье! Уже совсем скоро!
Тут я не выдержал и так захохотал, что аж слезы потекли. Вот тогда пани Брильянт меня и поймала. Правда, когда клиентка ушла, она и сама смеялась.
Во второй комнате живут пан Боц, две его сестры, дети этих сестер и еще двоюродный брат. Детей у них четверо, все разного возраста: кто чуть помладше меня, кто чуть постарше. Но мы вместе не играем — они говорят на другом языке, которого я не понимаю, а они из-за этого надо мной смеются, потому что в Квартале, наверно, все знают этот язык, кроме меня. Хотя нет, неправда, здесь много кто говорит только по-польски, мне пани Бася сказала. Ну, как бы там ни было, все равно пана Боца, его сестер, детей и двоюродного брата целыми днями нет дома. Они возвращаются только к семи, а потом почти никогда не выходят из комнаты до самого утра. Так что хоть мы и живем через стенку друг от друга, но встречаемся редко.