Крах политической доктрины императора Павла I, или Как нельзя управлять страной

Павел Петрович четко и лаконично заявляет о своих базовых ценностях как будущий правитель: «Предмет каждого общества – блаженство каждого и всех. Общество не может существовать, если воля каждого не будет направлена к общей цели». При этом общая цель очевидна – подчиняться законам, установленным государем: «Положив правила кем земле быть управляемой, должно сказать, что нет лучшего образа как самодержавный, ибо соединяет в себе силу Законов и скорость власти одного». Высказывание, в чем-то близкое к идеям Ш. Монтескье о формах правления, в то же время кардинально от него отличающееся последующими размышлениями Павла I. Следование законам он считает основой правления монарха. Но для того, чтобы на них в полной мере опираться, необходимо их упорядочить. При этом великий князь считал, что их вполне достаточно, поэтому «новых не делать, но сообразить старые с государственным внутренним положением, а указы почитать просто учреждениями, а не законами». Для управления государством монарху необходимо иметь стройную систему государственных учреждений, так как правитель за всем сам уследить не сможет. Павел Петрович, хоть и весьма схематично, представил вариант реформирования государственных органов на принципах единоначалия.

Представил цесаревич и собственное мнение о различных сословиях. Особое внимание он уделяет дворянству, подчеркивая, что его достоинство основывается не на родовых заслугах, а на служении государству и государю. «Оно подпора государства и государя, и для того придать ему уважения, не допуская в него лишних членов или не достойных и имея с государем равный интерес должно его на службу обращать». Это высказывание было сделано явно в пику Екатерине II, так как, по мнению великого князя, при императрице чины получали не по заслугам, а исключительно по субъективному мнению начальников.

В остальном идеи великого князя Павла Петровича вполне созвучны философии эпохи Просвещения. Он ратовал за совершенствование образования и воспитания. Писал о необходимости развития ремесел и фабрик, за исключением производства вина, «заменяя его прилежанием в других отраслях». Размышлял Павел Петрович и о необходимости соизмерять расходы с «приходами», чтобы «никак не отягчать земли». Естественное и понятное требование.

В письмах к жене перед отправкой в действующую армию великий князь Павел Петрович дал распоряжения как на случай смерти Екатерины II, так и на предмет своей собственной кончины. При первой ситуации ей належало, известив должным образом великого князя, опечатать все бумаги императрицы и ожидать его приезда. Во втором – проконтролировать, чтобы престол достался Александру Павловичу.

Казалось бы, вполне здравые мысли, бумаги, замыслы. И в то же время буквально с первых же месяцев правления императора Павла I его преобразования вызвали ожесточенное сопротивление столичной аристократии, военных.

Итак, император Павел вступил на престол. Реформирование началось. Надо отметить, что политические мероприятия Павла I представляли весьма стройную систему, которая «императором при участии многих видных сановников проводилась в жизнь более или менее планировано, несмотря на некоторые вспышки гнева и изменчивость настроения Павла, отражающегося на судьбе отдельных лиц, но не меняющего общего течения дел и порядка»[49]

.

Эта система была продумана и подготовлена в течение ряда лет, апробирована управлением Гатчиной и Павловском. Поэтому сложно согласиться с популярным в историографии мнением А.А. Корнилова, что правление Павла I было «внезапным вторжением между веком Екатерины и веком Александра»[50]. Сторонники этой точки зрения именно нелогичностью политики императора Павла объясняют недовольство им и возникновение широкой оппозиции в его царствование. Однако основные преобразования государственного аппарата в это время не вызвали сколько-нибудь серьезного недовольства.

Как уже говорилось, император Павел был проникнут идеей законности, то есть необходимостью во всем следовать «коренным» законам, первым из которых была воля самого императора. При этом он считал, что при Екатерине II законом была частная воля различных лиц (фаворитов) и поэтому не было ничего непоколебимого. Правда, Павел I полагал, что писаных законов в России вполне достаточно и не хватает только одного, важнейшего, – закона о престолонаследии. Павел I восполнил этот пробел в первый же год своего царствования – 5 апреля 1797 г. Впервые четко обозначался круг возможных наследников трона, что, по мнению Павла I, должно было способствовать установлению строгого порядка престолонаследия и прекращению династических кризисов. Более того, этого указа ждали и различные представители политической элиты. Несмотря на то что Павел Петрович и Мария Федоровна существенно укрепили династию сыновьями, правовое урегулирование этого вопроса явно назрело.