Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

«Этим утром тело мессера Римирро было обнаружено разрубленным пополам на площади, где он и остается. И все люди могли видеть его. Никто не знает точно причин его смерти, известно лишь, что это удовлетворило государя, кто показал, что он может возвышать и низвергать людей по своему усмотрению соответственно их деяниям»[163].

А тем временем Борджиа покинул Чезену и направился в Фано. Ему удалось обмануть заговорщиков, возглавляемых семействами Вителли и Орсини. Те ждали его в Синигалии, в тринадцати милях южнее. Макиавелли довольно сухо описывает драматические события. Позже он рассказал о произошедшем более литературно. Борджиа отдал солдатам приказ напасть на заговорщиков. «Когда подошла ночь, – писал он, – и кончилось волнение, герцог [Борджиа] решил, что настало удобное время убить Вителлоццо и Оливеротто, приказал отвести их обоих в указанное место и велел их удавить»[164]. В письме от 8 января Макиавелли так пишет о Борджиа: «Герцог Валентино проявляет неслыханную фортуну, смелость и сверхчеловеческую уверенность, что может исполнить все свои желания»[165]

.

Постоянные войны и вторжения повергли Италию в хаос. Папа Александр VI пытался заключить союз с Венецией, чтобы сдержать экспансию Испании и Франции. Венецианскому послу он говорил: «Хотя мы испанцы по рождению и временно заключали союз с Францией, но мы истинные итальянцы, и с Италией связана наша фортуна»[166]. Впрочем, в Итальянских войнах фортуна была весьма переменчива, и очень скоро папа предпочел заключить союз с Испанией. Колоссальные военные успехи Чезаре позволили ему заручиться французской поддержкой в Романье, и конфликт с Неаполем разгорелся с новой силой. В Неаполе испанцы чуть было не разбили французов. Среди назначенных папой девяти новых кардиналов пятеро были испанцами, и общее число испанских кардиналов достигло шестнадцати (более четверти Коллегии). Испанские кардиналы могли стать влиятельной силой в будущих папских выборах.

Но судьба оказалась жестока к Борджиа. 12 августа 1503 года Александр и Чезаре слегли с лихорадкой. Пошли слухи об отравлении. Говорили, что папа отравился случайно, желая отравить своих гостей[167]

. Александр умер через шесть дней. Сын его находился в тяжелом состоянии. 16 сентября собрался конклав, на котором папой был избран компромиссный кандидат, тяжело больной кардинал Пикколомини. Он принял имя Пия III. Пий позволил бы Чезаре сохранить свои территории в Романье, но новый папа прожил лишь до 18 октября. Новый конклав выдвинул единственного кандидата, Джулиано делла Ровере. Чезаре согласился поддержать его в обмен на обещание сохранить за ним прежние должности в Папской области. 1 ноября Джулиано стал папой Юлием II. Очень скоро стало ясно, что держать свое слово новый папа не собирается.

Чезаре стал жертвой сделки между испанскими монархами Фердинандом и Изабеллой и Юлием II. Несмотря на то что Александр всегда благоволил своей родине и способствовал увеличению количества испанских кардиналов, Фердинанд и Изабелла отказались поддержать Чезаре в борьбе с папой. Когда пала последняя крепость Борджиа в Романье, испанский правитель Неаполя (к этому времени Неаполь был окончательно отвоеван у французов) отправил плененного Чезаре в Испанию. В 1506 году Чезаре бежал и укрылся у своего шурина, короля Наварры, и стал командующим его армией. В 1507 году он погиб в сражении. Если в карьере Чезаре и было что-то хорошее, то это годы правления Романьей, где он был весьма популярен (хотя это мнение разделяли не все). С другой стороны, его дурная слава подтверждалась не только жестокой расправой над сторонниками, осмелившимися перейти ему дорогу, но и грязными слухами о его сексуальной жизни. Достаточно вспомнить пресловутый «Каштановый банкет» в Ватикане в канун Дня всех святых в 1501 году: тогда обнаженные куртизанки собирали с пола каштаны.

Лишившись покровительства Чезаре, Леонардо стал искать другие варианты. В феврале 1503 года он отправил свои предложения султану Баязиду II. Среди прочего он предлагал построить мост через бухту Золотой Рог, отделяющую Константинополь от Перы, где жили иностранные купцы[168]

. Несмотря на все религиозные конфликты с турками в Италии, Османская империя оставалась важным торговым партнером. Хотя в бытность свою в Венеции Леонардо строил крепостные укрепления для войны с турками, но работа есть работа. И не только наемники порой меняли хозяев. Впрочем, план этот так и не осуществился. Милан находился в руках французов. И тогда Леонардо решил вновь обратиться к властям Флоренции. Во Флоренции дел у него было немало. В 1503–1505 годах он осуществил ряд проектов на реке Арно, изучая возможность сделать ее судоходной, чтобы соединить Флоренцию с морем. В 1504 году он участвовал в проекте отведения Арно от осажденной Пизы[169]. Инженерные и художественные таланты Леонардо в годы войны были весьма востребованы. Неудивительно, что в «Книге придворного» (о которой мы еще будем говорить) Бальдассаре Кастильоне писал: