Краткая история Ирландии

Несмотря на это, в начале 1840-х годов Пиль протолкнул через палату общин ряд других ирландских реформ, включая религиозную и образовательную, а также строгие законы о принуждении, призванные сдержать размах политической агитации. Во многих отношениях Пилем двигало желание не допустить выхода агитации за отмену унии из-под контроля. Он считал, что политика постепенного разрешения других ирландских проблем уменьшит общественный интерес к отмене унии. Однако для того чтобы ограничить возможности воинствующих агитаторов и сохранить господство протестантов, ему также приходилось применять некоторую силу. Поэтому он придерживался политики «принуждения и примирения» – той самой, которую британское правительство как либерального, так и консервативного толка будет использовать вплоть до 1920 года.

Даже столкнувшись с жестким сопротивлением, движение за отмену унии продолжало свою деятельность. Решающая встреча была запланирована на 8 октября 1843 года в Клонтарфе. Это место имело символическое значение, поскольку именно там в 1014 году Бриан Бору одержал победу над викингами. Однако правительство запретило проводить собрание в Клонтарфе всего за несколько часов до его начала. О’Коннелл, который всегда настаивал на том, что политические движения должны оставаться законопослушными, согласился с требованиями правительства и отменил встречу. На следующей неделе О’Коннелла и нескольких его последователей арестовали за участие в заговоре. Их осудили и отправили в тюрьму, где они оставались с мая по сентябрь 1844 года. Для движения за отмену унии этот удар оказался роковым. Встречи по-прежнему проводились, но их посещали все меньше людей – движение очевидно утратило импульс. Здоровье О’Коннелла с 1845 года становилось все хуже, и к моменту его смерти в мае 1847 года движение за отмену унии окончательно угасло. Слабеющее здоровье О’Коннелла отражало весь ужас Великого голода в Ирландии, достигшего кульминации в 1847 году (см. 4-ю главу). Едва слышным голосом О’Коннелл обратился к палате общин, отчаянно прося правительство предпринять дополнительные меры, чтобы остановить голод: «Ирландия в ваших руках, в вашей власти. Если вы ее не спасете, она не сможет спасти себя сама».

О’Коннелл добился того, чего не смогли достичь многие другие ирландские политики. Националисты в основном пытались просветить население и научить его разбираться в довольно сложных и даже несколько заумных политических идеях. О’Коннелл же смог повысить политическую мотивацию людей, используя религию, католическое духовенство и наболевшие вопросы местной политики. Такие вещи, как католическая рента (и ее цель), делали политику более понятной для большинства. В этом состояла основополагающая причина успеха О’Коннелла в создании массовых движений.

Но история этого периода – это не только история О’Коннелла, реформ в интересах католиков и развития ирландского национализма через Движение за отмену унии. У всех этих общественных явлений были политические оппоненты, история которых не менее важна. Эти оппоненты в основном принадлежали к господствующему классу, и их политические интересы нашли наиболее яркое выражение в ирландском торизме (связанном с британским консерватизмом). О’Коннелл называл эту партию «Оранжевой партией» и оптимистично полагал, что его работа в пользу эмансипации в конце концов уничтожит ирландский торизм. В действительности же ирландский торизм пользовался немалой популярностью, и к 1860 году в британской палате общин было больше депутатов, придерживавшихся этой идеологии, чем ирландских националистов. Вместо того чтобы уничтожить ирландский торизм, О’Коннелл способствовал его процветанию, наглядно продемонстрировав значение и ценность предвыборной организации и массовых собраний, позволяющих привлечь внимание правительства. Брауншвейгские клубы, организованные в 1827–1828 годах после запрета Оранжевого ордена, имели немалый успех и сыграли важную роль в победах ирландских тори на выборах муниципального и национального уровня.