Крестный путь патриарха. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

Журнал № 51 экстренного заседания Священного синода

15 мая 1944

[ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 2. Д. 2а. Л. 83–86]

Докладная записка председателя Совета по делам Русской православной церкви при СНК СССР Г. Г. Карпова В. М. Молотову с сообщением о смерти патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского) и вступлении в должность патриаршего местоблюстителя митрополита Ленинградского и Новгородского Алексия (Симанского)

15 мая 1944

[РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 498. Л. 23–23 об.]

По церковному уставу патриарх был переодет иподиаконами в полное архиерейское облачение и митру. Тело усопшего было перенесено в соседний с домовой церковью зал. Гроб патриарха был покрыт патриаршей мантией, осенен рипидами, окружен принадлежностями патриаршего служения: куколем, посохом, трикирием и дикирием. Начатое митрополитом Ленинградским Алексием чтение Евангелия беспрерывно совершалось московским духовенством по особому расписанию весь день и всю ночь.

Карпов вернулся в Совет, где сотрудники озабоченно сновали по кабинетам, выполняя поручения председателя о необходимых мерах по подготовке к похоронам патриарха. Пройдя в свой кабинет, Карпов буквально за несколько минут написал срочное секретное письмо Сталину с докладом о смерти патриарха Сергия, его завещании и с информацией о местоблюстителе. Здесь же высказывалась мысль о возможности захоронения почившего патриарха в Богоявленском соборе.

Во вторник, 16 мая, в два часа дня гроб с почившим патриархом в сопровождении архиереев был торжественно перевезен в кафедральный Богоявленский собор. Здесь уже собралась многочисленная толпа верующих, желавших проститься со своим патриархом. Гроб был установлен посреди собора. Наполовину он был закрыт зеленой патриаршей мантией, на ней лежал венок из живых белых роз. В ногах на особом возвышении были поставлены икона и белоснежный патриарший куколь, тут же находились предносный патриарший крест и посох, а вокруг гроба множество живых цветов. В левом Никольском приделе собора была приготовлена могила для патриарха.

Два дня, 16 и 17 мая, Москва прощалась с патриархом. К Богоявленскому собору стекались тысячи и тысячи верующих, делегации епархий и приходов.

Забрезжил рассвет третьего дня… Длинной вереницей потянулся народ в кафедральный собор… Богомольцы заполнили огромный зал…

Отпевание патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

Москва, Богоявленский (Елоховский) собор. 16 мая 1944

[Из открытых источников]

На правой солее расположились представители дипломатического корпуса и военных миссий. Здесь же в качестве представителя советского правительства находился Г. Г. Карпов. В час дня началось отпевание. Все участвующее духовенство (11 епископов и 100 человек московского духовенства) выстроилось в два ряда, тянувшихся от середины храма вокруг гроба и в алтарь. А вокруг престола образовался еще третий ряд. Надгробное, очень прочувствованное, слово произнес патриарший местоблюститель митрополит Ленинградский Алексий:

«Не только отца лишились мы с кончиной святейшего патриарха, мы лишились в нем доброго пастыря и мудрого кормчего корабля церковного. Церковь православная скорбит об его утрате. Он весь принадлежит Церкви Божией… На короткое время судил ему Господь восприять высокое звание патриарха Московского и всея Руси, главы Церкви Российской, как бы для того только, чтобы дать ему полноту славы церковной в воздаяние его великих заслуг церковных, и для того, чтобы увенчать его церковные заслуги.

Не одна Русская церковь, но и весь православный Восток приветствовал его избрание и свидетельствовал о его высоких достоинствах… Когда страну нашу постигло испытание вражеского нашествия, тогда с особой силой проявилась в почившем патриархе присущая ему горячая любовь к Родине. В многочисленных посланиях и обращениях к пастырям и пастве он призывал всех русских людей стать на защиту любимой Родины…