Крестный путь патриарха. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

14 октября ВЦУ свергло Сергия с кафедры и назначило на его место епископа Серафима (Руженцова). Одновременно обновленцы поспешили за помощью к властям. Они не хотели, чтобы митрополит Сергий стал участником готовящегося ими Собора, распространял свои взгляды и тем подрывал авторитет обновленчества. В результате поступок митрополита рассматривался 31 октября на заседании Антирелигиозной комиссии при ЦК РКП(б), которая постановила: «Епископа Сергия оставить в прежнем положении опального»[133].

Однако, как это ни странно, когда с 29 октября по 3 ноября в Троицком подворье под председательством митрополита Антонина проходило заседание пленума ВЦУ, Сергий участвовал в нем в качестве заместителя председателя. Надо думать, в качестве «лично приглашенного» со стороны Антонина. На пленуме обсуждались и были приняты решения по таким вопросам, как борьба с последствиями голода, празднование пятилетия Октябрьской революции, борьба с церковной (приходской и епархиальной) контрреволюцией, действия Карловацкого заграничного собора.

Согласно своим «наступательным» планам, 10 декабря 1922 г. во Владимирской епархии обновленцы проводят губернскую конференцию групп «Живая церковь», которая приняла постановление о закрытии и ликвидации всех монастырей на территории Владимирской епархии с последующей передачей всех монастырских построек гражданским властям.

7 марта 1923 г. обновленцы проводят свой первый общеепархиальный съезд. Он постановил одобрить кампанию по вскрытию и изъятию мощей с передачей их в музеи. Кроме того, постановлено: «…закрыть храмы историко-археологического и художественного значения через местную власть и срочно передать их в ведение Главмузея, как памятники исторического прошлого». Председателем епархиального комитета группы «Живая церковь» был избран протоиерей Михаил Тихонравов. Власть именно с обновленческими приходами начинает правовое оформление и перезаключение договоров на пользование церковным имуществом и храмами. «Тихоновцы» теряли храмы и имущество, чем, безусловно, сужалась возможность их влияния на верующих.

Оппозицию обновленческому расколу во Владимирской епархии с лета 1922 г. возглавил викарный епископ Ковровский Афанасий (Сахаров). Среди его ближайших сподвижников были протоиерей Алексий Владычин – настоятель Спасо-Преображенского храма, благочинный церквей г. Владимира; иеромонах Георгий (Зацепин) – настоятель Троицкого прихода г. Владимира; игуменья Княгинина Успенского монастыря Олимпиада (Медведева); игумен Леонитий (Стасевич) – настоятель Суздальского Спасо-Преображенского монастыря; игуменья Мария (Либеровская) – настоятельница Суздальского Покровского монастыря.

О характере противостояния между «тихоновцами» и «обновленцами» дает представление обращение уполномоченного обновленческого ВЦУ протоиерея Михаила Тихонравова в областной отдел ГПУ. Он информирует не только об истории создания обновленческой группы, ее первых шагах в деле «церковного обновления», но и о позиции и поступках «тихоновской» церкви.

В отсутствие Сергия Владимирский губернский съезд духовенства и мирян, руководимый обновленцами, принял резолюцию, в которой говорилось: «Клеймим позором всех высших иерархов во главе с патриархом Тихоном. Да здравствует мировая революция, освободившая рабочих и крестьян от гнета капитала. Да здравствует возрождение страны рабочих и крестьян. Позор всем врагам пролетарской республики».

Дабы усугубить положение «опального» Сергия, Антирелигиозная комиссия при ЦК РКП(б) в апреле 1923 г. поставила перед ГПУ задачу приступить к допросам митрополита по поводу его активной деятельности во времена Поместного собора и как члена Священного синода; после чего, собрав обличительный материал, привлечь в качестве обвиняемого по «делу» патриарха Тихона[134].