Читаем Крестовые походы. Взгляд с Востока полностью

Когда Дамиетта сдалась, франкские и мусульманские заложники вернулись в свои дома, и султан доверил управление эмиру Шуйя ад-Дин Журдик аль-Музаффар ан-Нури, опытному и достойному человеку. Франки обнаружили, что у них в Дамиетте есть несколько больших мачт для кораблей, и они пожелали увезти их с собой. Шуйя ад-Дин Журдик аль-Музаффар ан-Нури отказал им, и потому они написали жалобу султану. Франки утверждали, что мачты – их собственность, и, по условиям договора, им должно быть разрешено их увезти. Аль-Малик аль-Камиль написал эмиру и велел отдать им мачты, но тот продолжал упорствовать. «Франки забрали кафедру из большой мечети Дамаска, – сказал он, – разрубили ее на части и послали по кусочку каждому из своих королей; пусть султан обяжет их вернуть кафедру, и тогда мачты будут их». Франки не могли выполнить это условие и потому отказались от претензии на мачты.

Глава 2

Бескровный крестовый поход Фридриха II, дипломатическая стычка, ставшая одним из эпизодов вражды Айюбидов, которые были наследниками аль-Адиля, оставила интересные следы в мусульманских источниках эпохи. Здесь основные источники – Сибт ибн аль-Джаузи, очевидец мусульманской реакции на сдачу Иерусалима Гогенштауфену, и ибн Васил, который не знал Фридриха лично, но позже был послом у Манфреда в Южной Италии и оставил личный, живой, хотя и не всегда точный рассказ. Люди, близкие к императору во время его визита в Иерусалим, видели его происламские склонности в политических вопросах, его религиозный скептицизм и пренебрежение. Их впечатления, будь они известны в Европе, стали бы поддержкой инспирированной Ватиканом полемики, направленной против Фридриха. Пример можно найти в дипломатической переписке Фридриха, в двух написанных по-арабски письмах, отправленных им после возвращения в Италию своему другу, эмиру при дворе Айюбидов. Они сохранены для нас неизвестным восточным хронистом. За типичной арабской риторикой, которая определенно является работой арабского секретаря, конкретные исторические ссылки раскрывают его осознание императорского достоинства и ожесточенную враждебность по отношению к папе, которые видны и в других его публичных высказываниях.

Прибытие в Акру императора Фридриха, короля франков

Ибн Васил

В 625/1228 году император Фридрих прибыл в Акру с большой группой германцев и других франков. Мы уже описывали, как эмир Фахр ад-Дин, сын шейха аш-Шуйуха, был послан к королю-императору от султана аль-Малика аль-Камиля. Это было при аль-Малике аль-Муаззаме (правитель Дамаска, брат аль-Камиля, поспешивший на помощь брату при Дамиетте; после этого отношения между братьями ухудшились, и напряжение между ними, вызванное Джалал ад-Дином, султаном Хорезма и эмиром Арбелы, заставило аль-Камиля обратиться к Фридриху). Обращение к императору, королю франков, и его приглашение были вызваны желанием создать трудности для аль-Малика аль-Муаззама и не позволить ему воспользоваться помощью, предложенной ему султаном Джалал ад-Дин ибн Ала ад-Дин Хорезмшахом и Музаффар ад-Дином из Арбелы, в ссоре с аль-Камилем и аль-Малик аль-Ашрафом.

Император провел подготовку, прибыл со своей армией на побережье Сирии в том же году и высадился в Акре. Там было много франков, но они не могли тронуться с места из страха перед аль-Малик аль-Муаззамом. Они ждали своего лидера – императора. Это слово на языке франков означает «король принцев». Его королевство состояло из острова Сицилия, Апулии и Ломбардии в длинной стране (Италии) (возможно, автор путает Ломбардию и Лангобардию, которые, согласно арабской системе географических названий, существовавшей в то время, относились, соответственно, к региону, расположенному к северо-западу от Капитанате (Лукания) и Мурдже (к северо-западу от Фоджи) и прибрежному региону Апулия; в арабских титулах Фридриха появляются оба названия, что явствует из приведенного далее письма). Автор, Джамал ад-Дин ибн Васил, утверждает: я видел эти части, когда был послом султана аль-Малик аз-Захир Рукн ад-Дин Бейбарса, да будет благословенна его память, к сыну императора по имени Манфред. Император – это франкский король, отличившийся и талантливый, прилежно изучавший философию, логику и медицину, друг мусульман. Его дом – Сицилия, где он получил образование. Он, его отец и дед были королями острова, на котором жили в основном мусульмане.

Когда император прибыл в Акру, он уже не был нужен султану аль-Малик аль-Камилю, потому что его брат аль-Малик аль-Муаззам, который был причиной, по которой к Фридриху обратились за помощью, к этому времени умер. Отослать его обратно или даже напасть на него тоже было невозможно, ввиду условий предварительного соглашения, и потому что это помешало бы аль-Камилю достичь заветной цели. Поэтому он заключил договор с Фридрихом и обращался с ним с большим уважением. […] Император обосновался в Акре, и между ним и аль-Камилем до конца года сновали послы.

Иерусалим передан франкам

Ибн Васил

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Конец веры. Религия, террор и будущее разума
Конец веры. Религия, террор и будущее разума

Отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие современных верующих от критики. Блестящий анализ борьбы разума и религии от автора, чье имя находится в центре мировых дискуссий наряду с Ричардом Докинзом и Кристофером Хитченсом.Эта знаменитая книга — блестящий анализ борьбы разума и религии в современном мире. Автор демонстрирует, сколь часто в истории мы отвергали доводы разума в пользу религиозной веры — даже если эта вера порождала лишь зло и бедствия. Предостерегая против вмешательства организованной религии в мировую политику, Харрис, опираясь на доводы нейропсихологии, философии и восточной мистики, призывает создать по-истине современные основания для светской, гуманистической этики и духовности. «Конец веры» — отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие верующих от критики.

Сэм Харрис

Критика / Религиоведение / Религия / Эзотерика / Документальное
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов

Ритуалы и тексты, с помощью которых люди разных культур пытаются примириться с идеей смерти, интересовала еще классиков социальных наук — Э. Тайлора, Э. Дюркгейма, Б. Малиновского. К на стоящему моменту дисциплинарные границы death studies стали намного шире, а сама эта область гуманитарных исследований претендует на статус одной из самых популярных и активно развивающихся. Книга антрополога и теолога Дугласа Дэвиса представляет собой обзорный труд, способный послужить прекрасным введением в эту научную традицию. Дэвис опирается на концепцию «слова против смерти», которая рассматривает похоронную обрядность как ответ человека на самый пугающий аспект собственной природы, попытку адаптации к нему и даже его преодоления. С этой позиции ученый рассматривает большой круг вопросов, который включает в себя человеческие реакции на утрату близких и теории горя, околосмертные переживания и символическую смерть, историю кремации и отношение к ней в разных культурах, смерть домашних животных и смерть в Интернете, новые виды экологических захоронений и крионику.Дуглас Дэвис — профессор религиоведения и директор Центра исследований смерти и жизни Даремского университета, Великобритания.

Дуглас Дэвис

Религиоведение