Крестовые походы. Взгляд с Востока

В воскресенье, 12-й день месяца, прибыли письма (из Акры), в которых говорилось: «Мы поклялись умереть вместе; мы будем сражаться, пока не умрем, и не сдадим город до тех пор, пока живы. Вы, со своей стороны, должны сделать все, чтобы связать силы врага и не дать ему атаковать нас. Мы приняли решение. Позаботьтесь о том, чтобы не унизить себя перед врагом. А с нами уже все кончено». Человек, который вплавь добрался до нас с этим письмом, сказал, что франки приписали услышанный ими ночью великий шум прибытию в Акру большого отряда. «К стене подошел один франк, – сказал этот человек, – окликнул одного из стоявших на стене воинов и спросил: сколько людей прибыло в город прошлой ночью? Это была ночь на субботу. Тогда внезапно поднялся великий шум, который разбудил обе армии, но его причина так и не была обнаружена. (Судя по всему, имело место небольшое землетрясение.) Его собеседник ответил, что прибыла тысяча конных воинов. Франк возразил, что их было меньше, он сам их видел; они были одеты в зеленое» (обычное одеяние небесных воинов, которые, согласно мусульманским верованиям, нередко вмешиваются в земные сражения).

Неоднократные атаки мусульманских контингентов на этом этапе все еще позволяли отвлечь внимание врага от города, который находился на грани падения. Защитники слабели, число проломов в стенах множилось. Правда, осажденные возвели стены за старыми укреплениями и продолжали отважно сражаться, стоя на них. Во вторник, 14-й день месяца, в лагерь прибыл Сабик ад-Дин, повелитель Шайзара, а в среду прибыл Бадр ад-Дин Йилдирим с большим туркменским войском, которое он нанял на деньги, данные ему султаном. В четверг прибыл Асад ад-Дин Ширкух – младший. Франки стояли на своем; они не желали ни заключать мир, ни принимать капитуляцию гарнизона, пока все пленники, находящиеся в руках мусульман, не будут отпущены на свободу и если все прибрежные города не будут переданы христианам. Было предложено сдать город и отдать франкам все, что в нем было, за исключением населения, но они отвергли это предложение. Затем им было предложено возвращение Истинного креста, но они продолжали упорствовать в своих требованиях, и вели себя крайне алчно. Больше никто не знал, как еще можно на них повлиять. «Они хитрили, и Бог хитрил, но Бог самый искусный из хитрецов» (Коран III, 47).

Гарнизон Акры соглашается сдаться в обмен на жизнь

В пятницу, 17-й день второго месяца джумада, из города вплавь выбрался гонец, доставивший письма. В них нам сообщали, что защитники находятся при последнем издыхании. Проломов стало очень много, и люди, доведенные до крайности и слишком слабые, больше не могут их защищать. Люди видели перед собой призрак смерти и боялись, что все будут преданы мечу в случае взятия города штурмом. Поэтому они заключили мирное соглашение, по которому город и все, что в нем находилось, – военные машины, припасы и корабли – должно было достаться франкам, которые, кроме того, должны были получить двести тысяч динаров, пятьсот незнатных пленников, а также сто знатных пленников, которые будут указаны франками. Осажденные также обещали отдать Истинный крест. Взамен этого мусульманам разрешалось покинуть город с женами и детьми, взяв с собой только личные вещи. Кроме того, франки настояли на выплате четырех тысяч золотых монет Маркизу (Монферрату), потому что этот договор был заключен благодаря его посредничеству.

Враг овладевает Акрой

Когда султан ознакомился с содержанием писем, доставленных из города, он выразил крайнее огорчение и неудовольствие. Он созвал совет, чтобы сообщить своим приближенным о случившемся и посовещаться с ними, как ему поступить. Советники разделились во мнениях, и султан отверг их мнения, оставаясь исполненным неуверенности и тревоги. Он решил нанять пловца, отправив его в город с посланием, в котором выражалось неодобрение условий договора. Султан по-прежнему пребывал в состоянии тревоги, когда мусульмане вдруг увидели, как над стенами города взмыли знамена неверных, поднялись кресты и личные штандарты их предводителей. Это было в пятницу, 17-й день второго месяца джумада 587 / 12 июля 1191 года.

Франки подняли великий крик радости, а мусульмане были потрясены этим ужасным ударом. Велико было наше горе, повсюду слышались стенания и плач. Маркиз въехал в город с королевскими штандартами, и в тот же день установил их там, где прежде развевались знамена ислама: на замке, один на минарете большой мечети – в пятницу! – и на городских башнях. Всем мусульманам было велено собраться в одной определенной части города.