Крошка Доррит. Знаменитый «роман тайн» в одном томе

Других домов во дворе не было, так что задумываться не приходилось. Мистер Доррит взошел на ступени и постучал. Два окна первого этажа были слабо освещены. Стук гулко отдался где-то в глубине, словно дом был необитаем; однако это было ложное впечатление, ибо свет стал тотчас же приближаться и за дверью послышались шаги. Минуту спустя загремела цепочка, и в приотворившейся двери показалась женская фигура в переднике, накинутом на голову.

– Кто здесь? – спросила женщина.

Мистер Доррит, немало озадаченный подобным явлением, отвечал, что он приехал из Италии и желал бы навести справки о пропавшем иностранце, так как был с ним знаком.

– Иеремия! – закричала женщина надтреснутым старческим голосом. – Иди сюда!

К двери подошел жилистый старик в гетрах, по каковому признаку мистер Доррит предположил, что это и есть ржавый винт. Женщина, видно, боялась этого старика, судя по тому, что она поспешно сдернула с головы передник, открыв бледное, испуганное лицо.

– Открой дверь, дура, – сказал старик, – дай джентльмену войти.

Мистер Доррит украдкой глянул через плечо на дожидавшийся его кабриолет и вступил в полутемные сени.

– Ну-с, сэр, – сказал мистер Флинтвинч, – можете спрашивать о чем угодно; у нас здесь секретов нет.

Но прежде чем посетитель успел открыть рот для вопроса, сверху послышался голос, явно принадлежавший женщине, но не по-женски суровый и энергичный: «Кто там пришел?»

– Кто пришел? – переспросил Иеремия. – Да опять за справками. Приезжий из Италии.

– Пусть поднимется ко мне.

Мистер Флинтвинч неодобрительно пробурчал что-то себе под нос, однако же, повернувшись к мистеру Дорриту, сказал: «Миссис Кленнэм. Она все равно поставит на своем. Пойдемте, я провожу вас». И стал подниматься по лестнице с почерневшими ступенями; мистер Доррит следовал за ним, а старуха, снова накинув на голову передник, замыкала шествие, похожая на привидение – так по крайней мере казалось мистеру Дорриту, когда он с опаской оглядывался назад.

Миссис Кленнэм сидела на диване, а на столике перед нею были разложены счета и книги.

– Так вы из Италии, сэр, – сказала она без предисловий, вперив в гостя острый взгляд. – Ну?

Мистер Доррит, растерявшись, не нашел ничего лучше, чем в свою очередь спросить:

– Кха – ну?

– Где же этот человек? Вы нам принесли сведения о том, где он, да?

– Напротив, я – кхм – надеялся получить некоторые сведения от вас.

– К несчастью, мы вам ничего сообщить не можем. Флинтвинч, покажите джентльмену афишку. Дайте ему несколько штук, пусть возьмет с собой. Посветите, чтоб он мог прочесть.

Мистер Флинтвинч исполнил приказание, и мистер Доррит стал читать печатный текст, как будто не видал его раньше, радуясь случаю восстановить свое душевное равновесие, поколебленное зрелищем этого дома и его странных обитателей. Не отрывая глаз от бумаги, он чувствовал, что мистер Флинтвинч и миссис Кленнэм не отрывают глаз от него. Когда он кончил читать и поднял голову, то убедился, что это чувство его не обманывало.

– Ну вот, сэр, – сказала миссис Кленнэм, – теперь вам известно все, что знаем мы сами. Мистер Бландуа ваш друг?

– Нет, просто – кхм – просто знакомый, – отвечал мистер Доррит.

– Быть может, вы пришли с каким-нибудь поручением от него?

– Я? Кха. Что вы, помилуйте.

Испытующий взгляд медленно скользнул вниз, на миг задержавшись на мистере Флинтвинче. Мистер Доррит, обнаружив, к своей досаде, что вместо того, чтобы спрашивать, ему приходится самому отвечать на вопросы, попытался восстановить должный порядок вещей.

– Я – кха – человек состоятельный, живу в настоящее время в Италии, с семьей, с прислугой, со всем – кхм – обзаведением, довольно обширным. Приехав на короткое время в Лондон по делам – кха – денежного свойства, я услышал о странном исчезновении мсье Бландуа, и мне захотелось выяснить некоторые подробности из первых рук, чтобы рассказать о них одному моему – кха – знакомому, англичанину, с которым я непременно увижусь по возвращении в Италию и который был близким приятелем мсье Бландуа. Мистер Генри Гоуэн. Вы, может быть, слышали это имя?

– Никогда в жизни.

Это сказала миссис Кленнэм, а мистер Флинтвинч повторил за ней, точно эхо.

– Желая – кха – чтобы мой рассказ был как можно более связным и последовательным, я осмелюсь предложить вам три вопроса.

– Хоть тридцать, если угодно.

– Давно ли вы знаете мсье Бландуа?

– Около года. Мистеру Флинтвинчу нетрудно установить по своим книгам, когда именно и от кого этот человек получил рекомендательное письмо, по которому явился к нам из Парижа. Если вы что-нибудь можете из этого вывести, – добавила миссис Кленнэм. – Мы не могли вывести ровно ничего.

– Он бывал у вас часто?

– Нет. Всего дважды. В тот раз, с письмом, и…

– В этот раз, – подсказал мистер Флинтвинч.

– И в этот раз.