Кровь и золото ислама

Одним из первых в этой череде самозваных монархий стало правление Тахиридов. Основателем их рода считался легендарный Рустам, персидский полководец, описанный в поэме «Шахнаме». Предки Тахиридов издавна были союзниками арабов, служили их наместникам в Персии и воевали вместе с Абу Муслимом против Омейадов.

При халифе Харуне ар-Рашиде главой всего клана стал Тахир ибн аль-Хусейн, полуперс-полуараб, который считал себя не только Рустамидом, но и членом арабского племени хуза. Воинственный и дерзкий в битвах, он одинаково ловко сражался левой и правой рукой, за что получил от халифа прозвище Зу-ль-Йеминейн – Двурукий. (По другой версии, это имя ему дали за то, что он присягнул новому халифу левой рукой, поскольку его правая уже поклялась в верности старому). Тахир успешно подавил мятеж Рафи ибн Лайса в Самарканде и особенно выдвинулся в гражданской войне аль-Мамуна и аль-Амина, успешно воюя на стороне первого. В отчаянной схватке под Реем он наголову разбил превосходящие войска врага, а при взятии Багдада сумел захватить – и убить – аль-Амина, пытавшегося бежать из города. За услуги, оказанные новому халифу, он получил в управление весь восток и стал фактическим правителем Хорасана.

В Хорасане Тахир, перс среди персов, чувствовал себя как дома. Он прочно держал бразды правления в руках и знал, что в восточных провинциях ему бояться нечего. Это побудило его сделать следующий шаг и объявит себя самостоятельным правителем. Во время одной из пятничных молитв он не упомянул имя аль-Мамуна, что для мусульманского наместника было равносильно мятежу. Вскоре после этого Тахир умер по неизвестной причине. Все были убеждены, что его убили по приказу халифа: аль-Мамун не мог свергнуть его силой, но ничто не мешало ему прибегнуть к яду.

Преемники Тахира не стали повторять его ошибки: формально они признали власть аль-Мамуна и каждую пятницу исправно провозглашали его имя в хутбе, хотя при этом правили своей провинцией, как хотели. Эта формула стала очень популярной в новом халифате: на словах – полное повиновение халифу, а на деле – реальная власть в руках.

После Тахира в Хорасане правил его сын Талха, потом Абдаллах ибн Тахир (до 844) и Тахир ибн Адбаллах (до 862). В какой-то момент багдадский халиф попытался прервать эту наследственную цепочку и назначить в Хорасан своего человека, но быстро понял, что ни к чему хорошему это не приведет. Тахириды оставались потомственными наместниками всех восточных провинций в течение пятидесяти лет. Кроме огромного Хорасана они владели Средней Азией (Мавераннахром), Афганистаном и частью Индии, что составляло обширную территорию, сравнимую с древней Персией. По сути дела, Тахириды составляли целый клан, имевший немалую власть и влияние в самом Багдаде: сын Абдаллаха был главным начальником городской полиции и правой рукой халифа.

После Тахира ибн Адбаллаха к власти пришел его сын Мухаммед, любитель развлечений, быстро растерявший все завоевания своих предшественников и уступивший власть в Хорасане другой династии. Тахириды еще какое-то время сохраняли влияние в Багдаде, но в конце концов утратили все свои привилегии.

В истории Тахириды остались не только как правители, но и как философы и литераторы. Основатель династии Тахир был не чужд философии и проповедовал идеал умеренности. Его письмо к сыну Абдаллаху о качествах идеального правителя стало хрестоматийным в мусульманском мире. Сам Абдаллах, мудрый и просвещенный правитель, славился как ученый и поэт и заботился о всеобщем образовании: когда ему говорили, что простолюдины недостойны заниматься наукой, он отвечал, что науку надо давать всем, а она уж сама позаботиться о том, чтобы остаться только у достойных. О трудах других Тахиридов мы можем судить только по свидетельствам современников: ни один из них не дошел до наших дней.

Йакуб Медник

Малые династии в халифате размножались «почкованием»: не успевала какая-нибудь провинция отпасть от центра, как в ней появлялись новые претенденты на власть, стремившиеся вытеснить прежних хозяев. Для Тахиридов главная угроза исходила из Систана – пограничной области халифата, расположенной рядом с Индией. В этом удаленном районе, отовсюду окруженным пустынями, обосновались хариджиты, часто нападавшие на соседний Хорасан. Против хариджитских набегов на границе формировались отряды добровольцев, куда стекались сброд и авантюристы всех мастей.

Одним из вождей этой полуанархической армии был Йакуб ибн Лайс по прозвищу ас-Саффар (Медник) – популярный военачальник, пользовавшийся авторитетом даже у суровых хариджитов. Многие из них переходили на его сторону, видя в нем сильного лидера, который ненавидел Аббасидов и пользовался поддержкой народа. В 861 году Йакуб полностью захватил власть в Систане и объявил войну оставшимся непримиримыми мятежникам, убив их вождя и подвесив его тело за ноги на виселице у городских ворот. Остатки побежденных хариджитов ушли в горы.